Акварун: сайт интегрального человековедения. Астрология, психология, целительство, педагогика, мантика.

Путешествие

притча

© , 08–14.11.2004.

1

Эта повесть о том мире, где нас нет. А там где нас нет, во-первых, может произойти все что угодно, во-вторых, там может быть лучше, чем здесь и, в третьих, нам всегда почему-то неудержимо хочется там побывать. Но таково свойство этого мира, если нас там нет, то это значит, что нас действительно там нет, не было и не будет. Я думаю, что только путешествие нашей души сможет разомкнуть эту цепь человеческой логики. Только ее безудержное стремление к любви и взаимности как ничто иное сможет воссоединить весь мир в нечто удивительно единое, в нечто, где мы есть и это нечто есть вся, вся Вселенная! Эта история о человеческой душе, об этом волшебном свойстве каждого существа, это притча о жизни, о ее сокровенных тайнах, это мольба о нашей готовности побывать там — там где нас нет!

2

Мир изменился — он раскололся на Мир и ее! В это мгновение появилась она — она и Он! Это было необычно, немного страшно и так заманчиво?! Она и Он?! Он — это весь мир, это космос, это ее путь, это ее искания, и еще это огненная звездочка, горящая в ней словно неугасимое солнце. Она — неведомо кто и что, она путник, скиталец, извечный искатель. К тому же она только, только появилась. До этого ее не было — была ее извечная мать — часть, а может свойство Его?! С мамой было хорошо, мама все знала и никуда не стремилась. Ведь мама — это безграничная любовь, забота, безмерное доверие и единство со всем, всем миром. Но мама осталась там, мама осталась с Ним, в Нем и Им же самим. А она почему-то должна была начать этот путь, это путешествие в бескрайние и такие неуютные просторы космоса. «Что, что, что от меня хочет Он, куда Он меня изгнал?», — вот вопросы, которые горели в ней, но не могли проявиться, не могли стать словами. Только молчание, томящееся молчание были ее уделом. Вдруг свет прервался непроглядной темнотой, а может, все произошло совсем наоборот? Свет и тьма — неразличимые понятия?! Вдруг она почувствовала полет, свободу и свою индивидуальность. Она была! Родился новый мир! Это было ее рождение. Жизнь и бытие приходили по капельке, по мгновению, по мириадам проявлений. Свет и тьма, тепло и холод, она и пространство и, конечно же, бесконечное, безмерное движение. Вокруг все расширилось, оторвалось от нее и удалилось на бесконечность. Она перестала быть собой, она стала песчинкой в какой-то неведомой круговерти. Вдруг ее заполнило неведомое — «тук-тук, тук-тук»?! Оно захватило ее и словно гром, словно ливень, словно вспышка наполнило ее пониманием, восприятием, объяснением — оно дало ей Голос! Он зазвучал в ней. И каждый звук пел в ней или наполнял ее переживанием. Мир стал приобретать свое отражение в ощущениях, чувствах и ...? Сознании! В ней прорвалось первое слово, первое понимание самой себя: «Я!». И тут же словно рой огоньков, чувств, переживаний вокруг нее загалдели мириады голосов, поющих, шумящих, ласкающих и утоляющих ее беспомощность. Голоса?! Они заговорили с ней. Их было безмерное множество. Но что-то позвало ее, что-то бесконечно доброе и ласковое. Может, это мама решила принять ее обратно, впустить в себя, растворить в своей благодатной, внебытийной безмерности?! Но вот Мир стал проявляться, приобретать очертания, формы, звуки и ощущения. Она привыкала к Нему, каждое мгновение открывая Его новые стороны, вехи и особенности. Это Он звал ее, и из Него лилась Любовь. Она поверила и отдалась, отдалась Его ласке, Его любви, Его вере, Его Воле — своему Предназначению!

3

Была глубокая ночь, когда пробудилась Мария, глубоко и тревожно дыша. Пот струился тонкими ручейками по ее юному, невинному телу, рождая вопросы. Вопросы к самой себе: «Что это было? Что за странный сон!». Она посмотрела в окно. Мир звезд был тих и прекрасен. Завтра ее ждал праздник. Завтра Мария должна стать женщиной, стать взрослой, ее ожидал жених и ее самый любимый человек. Но вот только что ей привиделся сон, очень странный сон, будто ...?! Нет, она не смогла даже подумать об этом?! Прочь, прочь эти странные мысли, сомнения и .... Сон вновь сомкнул ей очи, и Мария тихо забылась в предрассветной истоме ожидания своего будущего.

4

Мириады звезд, теплых, ласковых голосов провожали ее. Он был там где-то впереди, Он звал ее — все ниже, все тяжелее, все настоятельнее и ...! Она вошла во что-то неведомое. Она вошла во что-то твердое, ограниченное, лишенное полета, она вошла в суетный мир Земли. «Тук-тук, тук-тук», — забилось сердце. Образы, образы, образы — запел разум. Тепло и нежность объяли ее — нашу юную путешественницу! «Так было всегда, так будет всегда», — гремел Его настоятельный голос. Свершилось великое таинство рождения Жизни! Одна только мысль, одно дуновение Его Воли и Жизнь вновь обрекла свою форму, свою судьбу, свое предназначение и свой извечный выбор! Он оставил ее. Оставил ее на краткое мгновение пока не услышит ее желания, ее готовности, ее безоглядной любви к Себе. «Тук-тук, тук-тук!», — зазвучали ее маленькие самые первые шажки по этой голубоглазой планете Земля.

5

День радостей и забот пролетел, словно один миг. Мир наполнился чем-то невыразимо новым. Мария была счастлива. Все свершилось именно так, как она хотела, так как мечталось в ее снах и девичьих фантазиях. После прошел еще один день и еще, еще и еще. Их бескрайняя вереница наполнила мир юной женщины маленькими и большими делами. Вокруг была любовь, она была с ней, она ею жила. Пролетело много времени, и вот настал день, когда она ощутила необычность. Что-то изменилось?! Изменилось именно в ней. Конечно же, Мария ждала свое первое дитя! Так бывает. Когда любовь переполняет нас, то жизнь всегда хочет расцвести, окружить нас счастьем и радостными событиями. Там — под самым ее сердцем раздалось: «Тук-тук, тук-тук!».

6

Она, она пошевелилась — она приобрела форму, тело, движение?! Она слышала, она чувствовала все, все вокруг. Только она еще ничего не знала. Она была чиста словно бескрайняя голубизна неба, словно мудрость, словно сама неразумность. Это «тук-тук» мешало ей быть такой как всегда, оно вторгалось в чистоту, оно сокращало ее, оно что-то требовало. Что это было? Что терзало ее? Что создавало ее неудовлетворенность? «Тук-тук, тук-тук!», — это первые мысли стучались в ее естество, это разум пробуждал ее от великого сна, это внешний мир тормошил ее, наделяя свои цветом, вкусом, весом и объемом. Она потеряла себя, она потеряла Его?! Этот несносный шум, эта суета похитили ее у самой себя. Мир наполнился голосами — голосами в ней самой. Это было громко, очень громко. «Тук-тук, тук-тук», — гремело во всем ее естестве: «тук — я, тук — не хочу, тук — я, тук — не буду, тук-тук, тук-тук!». «Я, я, я, я — тук-тук, тук-тук», — бескрайний монолог наполнил ее. Вдруг она услышала голос — голос мамы, голос блаженства, единства и любви! Это был голос Марии.

7

Разве можно передать голоса наших душ? Разве можно описать Любовь? Невыразимо, непередаваемо это общение, это соитие жизни за гранью разумного. Но тем-то и интересен наш мир, что все находит в нем слово, все облекается в логику, все подвергается осмыслению! Попробуем пройти этот путь вместе с небесной звездочкой, попробуем услышать голос нашей души, нашего сердца и голос нашего сознания?! Попробуем пролистнуть нашу жизнь, словно это один листик толстой неведомой нам книги и заглянуть туда — туда где нас нет!

8

Она слышала голос Марии, голоса многих, многих людей, голос того мира, который был там — вне ее. И еще была она! Она — новорожденная путешественница, живая душа, волшебная связь Его и человека, Его и разума, Его и бытия. Все устоялось и улеглось, теперь была только она и мир. Все голоса разделялись на теплые и холодные, на светлые и темные, на голос ее мамы и иные. Может показаться странным, но Его голоса она уже не слышала. Он исчез, и она больше не искала Его. Так происходит с каждым из нас. Она увлеклась распознаванием того мира, который ее окружал. Это удивительное занятие познания родило в ней странное ощущение, будто в ней что-то задвигалось, зашевелилось? Наверное, это были мысли, первая попытка сравнить, объять и распознать происходящее, дать свою личную, индивидуальную оценку, выразить свое «я»? Так откуда-то из вне, а может из ее глубины родился разум. Она услышала, ощутила его и, наконец, обратила на него свое внимание. Она потянулась к нему, ведь он был ее частью, ее собственностью, неотделимостью ее существа. Этот новый голос заговорил с ней, именно заговорил: «Мир вокруг можно понять! Посмотри, вот это — тепло, а это — холод, это — свет, а это — тьма». Он был очень категоричен, и она доверилась его знанию. Это именно он говорил — «я», «мое», «наше». Он все, все знал! Чтобы не происходило там — в мире, он все мог объяснить, все рассудить и посоветовать что делать. Она положилась на него. Надо беспокоиться — она беспокоилась, надо радоваться — она радовалась, надо любить — она любила. Ведь он все, все знал — она только исполняла. А как иначе? Ведь она еще ничего не понимала, а он был таким громким и уверенным?! Они подружились, полюбили друг друга, и жизнь побежала мириадами его советов и ее переживаний.

9

Мария была счастлива, она очень радовалась будущему дитя. В этом был смысл ее бытия, ее предназначение, ее жизнь! Она часто разговаривала с ним. Она мечтала о мальчике, о быстром и ловким мальчугане, который был бы достоин своего отца. Который был бы красив и умен, удачлив и справедлив, который жил бы так славно, как билось ее материнское сердце! Ее слова порой лились словно песня, порой как ласковое баюканье, раскрашивая весь, весь мир: «Скоро ты родишься, скоро ты придешь. Посмотри, какая красота вокруг, сколько любви и радости. Сколько жизни в этом светлом мире! Мы будем заботиться о тебе, каждый день, каждое мгновение будет добрым праздником».

10

Этот голос был самым родным. Когда он звучал даже ее друг — разум умолкал и слушал, слушал, слушал. В эти мгновения она вдруг словно просыпалась, словно ощущала, будто что-то потеряла, о чем-то позабыла, в ней просыпалась тревога. Но после вновь пробуждался ее новый друг и мир наполнялся объяснением и все большим и большим постижением его бесконечной многомерности и ее «я». Шло время, перелистывая страницы рассудительного бытия. И вот пришли великие сроки, что-то назревало. Это было похоже на то, о чем она давно позабыла. Она вновь рождалась, вновь устремлялась в неведомое, в творчество, в жизнь!

11

Мария не могла поверить своим глазам — какой огромный?! Какой златокудрый, беловолосый мальчуган отяжелил ее руки и припал к ее белоснежной груди! Его голубые глаза пронзали ее свей недетской серьезностью, тишайшим спокойствием и такой мелодичной добротой. Малыш и вправду был прекрасен, а его покладистый характер говорил о необычных душевных достоинствах. Он был молчалив и кроток. Могло показаться, будто он все понимает сам, без слез и расстройств, без слов и излишних напоминаний. Мария была счастлива, безмерно счастлива!

12

Она была ошеломлена! Мир! Какой он огромный! Она все, все видела сама, она все слышала и чувствовала! Дыхание, звуки, движения, свет! Она была такой, как хотела Мария — ее мама, ее последнее пристанище, та от кого она только что отделилась. Вновь была мама, она и мир! Теперь она стала самостоятельной, материальной, живой. Разум молчал, он был позабыт в этой феерии переживания. Но он терпеливо ждал своего часа, своей минуты, своего мгновения, чтобы вновь принять решение, сделать свой выбор, заявить свое «я» и начать свою жизнь?!

13

Наконец разум пробудился. Он возроптал за столь долгое молчание. Он хотел жить. Он требовал жизни и деяний. Он требовал целой вселенной своих деяний! Он громко провозгласил свое «я»! Она уступила, она была не права?! Ведь он лучше знал что делать? Она вновь положилась на него. Так появился характер, так появилось «я», так задремала ее космичность, ее неземное естество, так началась жизнь.

14

Ребенок заплакал, замахал руками и ножками. Тихая ночь прервалась требованиями и жалобой, желаниями и страданием. Мир приобрел свои обычные очертания.

15

Она потерялась в этой суете, Его голос был совсем позабыт. Но именно в эту трудную минуту, именно тогда, когда она была готова задремать, случилось именно это!

16

Однажды вечером в двери этого крохотного дома постучались неизвестные гости. Кто знает, что может принести нам теплая ночная мгла? Мария выглянула на улицу и увидела трех нищих старцев. Они просили подаяния, молча, протягивая к ней руки. Мужа не было дома, он работал, обрабатывая огромные деревянные балки на строительстве богатого особняка. Что ей оставалось делать? Ее доброе сердце отозвалось согласием и сочувствием к этим горемыкам. Молодая мать пригласила их в дом и разделила свой ужин на четверых. Старики низко кланялись, а их глаза заблестели слезами глубокой, молчаливой благодарности. Мария все время хлопотала вокруг гостей, подливая им горячий отвар из овощей. Но вдруг в углу комнаты, там, в деревянной колыбельке, заплакал малыш. В последнее время он все время жаловался и часто громко кричал, словно что-то недоброе поселилось в его крохотном тельце. Она кротко улыбнулась старикам и поспешила к колыбели. Каждый из нас знает, как разговаривает мать со своим крохой — что-то поет и шепчет, слегка покачивая его, пока добрый сон не придет на помощь заботливому сердцу. Но малыш никак не хотел успокоиться, словно он пытался прогнать ночных пришельцев. Может, это была ревность, а может, просто болел животик? Кто знает? Краем глаза Мария заметила, что старики привстали и подошли к ней сзади. Они что-то показывали ей. Но они были немы, видимо судьба лишила их голоса и языка. Самый высокий из них протянул к ней руки и поманил, чтобы она отдала свою самую заветную ношу ему. Мария не смогла противиться этому доброму, зоркому взгляду. Руки сами протянули дитя в его заботливые объятия. Вначале малыш закричал еще сильнее, но вот его глаза открылись и вновь стали такими же голубыми, как в то мгновение, да-да, в то мгновение когда его принесли к ней, когда он только, только родился. Мальчик затих, а после улыбнулся. «Боже мой! Он еще никогда не улыбался!», — всплеснув руками, охнула Мария. Старики одобрительно заворчали, переглядываясь между собой. После, приподняв его, они передали сверток матери, и что-то прошептав, склонились перед ней. Мальчик смеялся и даже хохотал, играя пальчиками, на руках у своей мамы. После старики указали на дверь и поспешно вышли. Мария осталась одна, наедине со своей судьбой и своим светловолосым, игривым малышом.

17

Она растворилась в его объяснениях и причитании, столько шума, столько просьб и пожеланий. Разум был несносен! Она устала, за эти крохотные мгновения она полностью поддалась его горячим объяснениям, его желаниям и мириаде слов. Все стесняло ее, тело было тяжело и неповоротливо, оно наполняло ее болью и жаждой. Теплота заботы и внешний мир отодвинулись от нее, они были там за мельканием разума, за его словами, за его суетой и причитаниями. Она уже засыпала, теряя себя, отдаваясь этому несносному «я», как вдруг что-то привлекло ее внимание, что-то там во внешнем мире?! Там стоял Он! Он глядел в нее, Он звал ее. Там была Свобода! Он — это ее свобода, ее радость, ее мать, ее возвращение в мир счастья, в мир единства! Только в Нем было то Нечто, что было ее уделом, ее призванием и ее путем. Разум умолк, он растаял словно несостоявшаяся гроза. Вместо него прозвучал удивительно тихий и проникновенный голос, его звучание напоминало первый утренний луч солнца, рождающего день и новую жизнь. Это было Сознание! Именно сознание — это Его голос, Его присутствие, Его мир! Она познала Его! Она приняла Его! Мир стал един, стал светел и естественен. Его не надо было познавать, Его не надо было изучать — одно мгновение и Знание посетило ее, наполнило ее, стало ей самой. Больше не было сна, не было страданий, не было разума. Мир был прекрасен, мир был рад ей, мир ждал ее!

18

Прошли долгие годы их жизни. Мальчик вырос и стал крепким юношей. Мария немного состарилась, и все так же заботливо растила своего сына. А мир ждал чуда! Мир всегда ждет чудес. Мы любим чудеса, мы всегда ждем чего-то необычного, мы все ждем нечто такое, чтобы решило все наши проблемы, наши споры, наши расстройства. Но дни летели за днями, минуты за минутами, мгновения за мгновениями. Жизнь шла своим чередом, награждая его достоинством и мудростью. Эти необычные качества проявлялись и воплощались из его естества, из его сердца и из нее — из вселенской звездочки — из человеческой души.

19

Она давно стала хозяйкой этой прекрасной игры — именуемой жизнью. Разум, да-да, гордый, самолюбивый разум служил ей верой и правдой, как полагается хорошему работнику. Гордое и самозабвенное «я» больше не посещало ее. Огонь сознания освещал ей дорогу, ее путь к будущему, к чему-то великому и такому светлому, что она не решалась, не осмеливалась заглянуть туда. Она знала, что там Он — ее любовь, ее вера, ее единство, ее бескрайнее счастье. Она стала очень зоркой. Вокруг жил мир — мир божественной Природы, мир разумного человечества и мир благого Сознания. Она познавала их, она принимала их такими, какими они были. И это рождало ее готовность, ее прозрение на странность этого прекрасного, но столь опасного мира?! А странности окружали ее со всех сторон. Этот мир был переполнен странностями. Вокруг жили ее товарищи — их было несметное множество. Но она никак не могла в них найти красоту любви и тепла. Весь мир был окутан разумом. Все вокруг гомонило и шумело рассуждениями, упрямством, эгоизмом и ни минуткой, ни секундочкой радости?! Она знала, она слышала, она ощущала эту несправедливость, этот барьер, эту силу удивительного, неведомого ей экзамена. Этому здесь не было объяснения! Он создал этот мир, но Его никто не хотел принять, никто не хотел Его слышать — мир заполнил, захватил и оглушил воинственный, хвастливый, бездушный ум. Она вспомнила, как мир раскололся, как она родилась, как появилось ее «я», как заговорил разум, как, как, как .... Как она потеряла Его?! Как она нашла Его! Именно в этом она вдруг распознала свой путь, путь туда в Его просторы, в мир безграничной свободы и абсолютного единства. Именно Там была красота, было счастье — счастье для каждого, каждого «я», самое удивительное единство каждой, каждой человеческой личности! Но как, как передать сознание другим, как пронизать этот мир недоброй, упрямой, болтливой разумности тишиной и мудростью сознания, как помочь им распознать Его? Она поспешила обратиться к ним — к потерянным, заболтавшимся, загнанным в рабство душам: «Отзовитесь! Отзовитесь на мой зов!». Но тишина ответила ей прохладой пустоты. Мир был пуст — ни одного голоска. Страх охватил ее, и она кинулась туда, в глубину к своим истокам к Нему!

20

Юношу разбудил страшный сон. Ему показалось, что все люди погибли — они заснули и не никак не могли пробудиться! Он увидел себя стоящим в бескрайней пустыне. От него что-то зависело, что-то очень важное, что-то такое, что не выразить словами?! Он растерялся. Отец давно покинул их, тяжкая болезнь и возраст разлучили их навсегда. Кто стал его помощью — конечно же мать — Мария. Именно она стала его опорой, его фундаментом, его истоком. Еще его окружало нечто — то нечто, что не имело слов, но горело в его сердце неисчерпаемой верой во благо, в любовь, во всепроникающую Божественность. Он кинулся к ней — к своей маме. «Мама, мне привиделся чудный сон!», — он быстро поведал о своих переживаниях: «Скажи, мама, почему, почему люди такие занятые, почему они всегда так спешат, почему они не любят друг друга? Ведь мой сон именно об этом! Я не увидел их в мир любви и радости — там тихо и пустынно! Неужели они не хотят быть счастливыми?». Мария внимательно выслушала его. Ее глаза наполнились слезами, а затрепетавшие губы, ответили тихим шепотом: «Не вини их, это их испытание. И почему ты не такой как все? Мир радостен, но ведь есть и заботы, житейские хлопоты и страдания. Наверное, эти дела отвлекают нас от того мира, о котором ты говоришь? Да и как люди могут быть дружны, если все мы такие разные?». Нет, его это не устраивало, его будоражило, захлестывало ощущение, что все это вовсе не так, что мир устроен иначе. Он знал, он точно знал, что можно жить по-другому: «Мама, ну как же люди не видят, что любовь и радость могут объединить всех, всех нас. Что мир красоты заждался людей, что пора отказаться от этих пустых и никчемных забот?». Мария чувствовала, что он прав, но логика, ее разумность и опыт — опыт жизни говорили о другом: «Сынок, ты стал взрослым, ты же видишь каков мир вокруг нас? Ну, где же здесь согласие и красота? И как отказаться от забот о хлебе насущном? Ну, рассуди, помысли сам, разве это возможно, разве это разумно и так ли это хорошо, если все бросят свои дела? И что, что все тогда будут делать?». Он беззаботно рассмеялся: «Не знаю мама, но ощущаю, что это именно так! Мы можем жить совсем иначе! Наверное, мы будем! Да, нет! Мы просто обязаны творить радость и любовь?! Мы обязаны жить ради любви, ради нашего всемирного братства. Каждый, каждый человек может жить не рассуждением и выгодой, а своим устремлением — творить, творить что-то прекрасное, что-то неповторимо божественное для всего мира, для своих родных и близких, для каждого человека! Представляешь — просто творить красоту и любовь — в вещах, в мыслях, в делах! Какое счастье — если мир преобразиться, если мы станем именно такими!». Какой свет горел в его глазах. Какая радость и одновременно тревога охватили ее сердце!

21

Именно оттуда из глубины ее естества вдруг вышло оно — Его голос, Его образ, Его сила — Сознание! Эта безмерность наполнила ее и стала ей. Больше не было маленькой звездочки — был только Он! Безмерное Сознание своей мощью, своим светом заполнило все, все пространство мира, всей Вселенной — оно объединило миры — мир ее счастья и разумности, мир страданий, мир извечного сна таких же звездочек как она сама. Его свет пронизал их словно луч солнца, оживляющий лепестки цветов, скованных ночной прохладой. Он давал им Жизнь, Он наполнял ее мудростью и гармонией! Мир изменился, появилась надежда, путь, готовность и ...? Живое творчество, поток, безмерный поток Любви заполнили все, все вокруг!

22

Юноша побежал к друзьям, он чувствовал, ощущал, что готов, готов сказать им что-то очень важное, сказать то, что может изменить всю их жизнь и сделать всех людей радостными и дружными. Его слова заполнили все, они лились из него полноводной рекой: «Ребята, друзья, я готов дать вам счастье! Послушайте меня. Там глубоко в каждом из нас есть то, что пробудит ваше сердце, то что раскроет ваши глаза, то что протянет нам руку осознанности, нашей готовности полюбить друг друга!». Но видимо свет горел лишь в его груди, потому что сверстники и стоявшие рядом люди не поняли?! Они не поняли его, не услышали его сердца, его любви к ним. Один из парней ответил: «Ты что-то явно заговорился, о чем это ты? И зачем нам эти громкие слова, лучше посмотри, сколько я сегодня продал ткани! Отец похвалит меня и купит что-то очень вкусненькое. Вот это счастье и радость. А что толку от твоих неясных слов, что ты шумишь по-пустому? Брось это дело, а то распугаешь всех вокруг, и торговцы побьют тебя палками!».

23

Его свет утих, он спрятался, скрылся в ней. Да она стала Сознанием, да счастье переполняло ее и истекало в мир спящих душ нашей Земли, дремлющих звездочек будущего сознания. Она стала очень мудра. Она прозрела! Наконец, она распознала, что этот путь каждый из нас должен проделать сам. Что каждая звездочка должна пробудиться сама и добровольно, осознанно принять этот дар — дар от Него. Странный путь лежал перед этими искорками жизни? Мириады лет они кружились в водовороте бытия. Мириады лет они творили и искупали. Мириады лет они постигали, учились, и вновь теряли приобретенное. Это была бесконечность — извечное движение — вновь уходя и возвращаясь, и каждый раз вновь засыпая в слепой глухоте своей разумности?! Им никак было не оторваться от этого замкнутого круга. Что им мешало принять Его и отринуть свое никчемное, иллюзорное «я»?! Разум, эгоистичность, слабость их естества, судьба или лень? Она пока не знала, но чувствовала, что ответ где-то рядом, что он в ее творчестве в ее готовности помочь им, помочь каждому живому существу постичь и принять Его — Его Единство!

24

Юноша, а теперь уже взрослый мужчина ушел из дома. Мария понимала его, она чувствовала как ему тяжело, как его томит человеческая скупость на проявление радости и любви. Ее материнское сердце шагало рядом с ним, в нем самом и мужественно оберегало его от злых напастей. А он просто ушел, ушел от людей, он вырвался из их затхлого, жестокого и расчетливого мира. Он вырвался туда, где было спокойно и хорошо — в природу — ближе к звездам, к солнцу, к самому себе, к тому свету, что изливался из его сознания, из его готовности помочь. Там в его доме люди не понимали его, они гнали его и не хотели, совершенно ничего не хотели слышать. Они?! Его будоражили странные мысли: «Может он сумасшедший, может, эта радость действительно никому не нужна? Почему, почему они так боялись его, его истинных, таких чистых и откровенных слов?!». Он не понимал, он пока не знал ответа, но его сердце, оно звало его куда-то туда, где не было людей, где не было суеты и этой всеприсущей человеческой искусственности. Оказалось, что Истина и Любовь не очень-то интересуют человечество, но ведь кто-то нуждался в них, кто-то ведь искал Его?! Именно таких людей он стремился найти, именно к ним он направил свои стопы и свое пылкое, мужественное сердце.

25

«Каков же этот мир?», — задалась она вопросом: «Как его изменить, как найти эти заветные ключики к сопониманию, к истокам жизни, как стать откровением, живым мгновением Сознания? Как пробудить спящие души?». Но эти вопросы мог задавать себе человеческий разум, но в душе, в сознании это все звучало совсем иначе. Словно огненное пламя, словно огромная вспышка готовности и свершения прокатилась по Вселенной! Это было сочувствие! Это было самое настоящее, истинное понимание этого извечного милосердия — вселенского милосердия Любви! Подобные вопросы, подобные решения — все это путь божественности, путь Его милосердия к жизни, к бытию, к этому извечному творчеству. Когда-то бесконечно давно она отделилась от единства, когда-то там, в прошлом бытии она потеряла свою мать, она рассталась с ней, и ее повело Его предопределение. Именно оттуда из этой безмерной, неведомой никому глубины появилась она, именно появилась, ведь до этого момента ее просто не было! Теперь это Единство ждало ее — именно через Него можно было найти ответ, свершая его своей жертвой, своей любовью и состраданием. Она перестала быть, она растворилась, вновь войдя в этот Храм, в эту Красоту, в эту всезаполняющую Любовь! Сознание помогло ей не исчезнуть, не перестать быть, а сочетаться, слиться — быть равной, Божественной! Из Его сердца, из Его существа безмерными лучами светили нити Единства — они освещали каждую, каждую искру жизни, они были во всем, и стоило только вглядеться в это великое Солнце, как все свершалось, все наполнялось Им — тем самым Единством! Она прозрела — во всем, во всем был Он! Во всем билось это удивительное «тук-тук»! Каждый, каждый мог вот так легко, в одно мгновение воспарить, осознать и войти в этот Мир! В Его мир! Только должна быть готовность, безмерное стремление пожертвовать, отдать себя этой Любви! Именно Любви — этому миру огромной, всепроникающей влюбленности и Единства!
Она вернулась в мир неготовности, в эту нелюбовь, в это логово разумного эгоизма. Она светилась и горела Его силой, Его красотой, Его любовью! Этого было достаточно! Наверное, это была жертва, только она этого не знала и не хотела знать — просто это было не существенно, не присуще Его существу. В ней больше не было разумности — одно бесконечное блаженство!

26

Ему приснился сон. Да, юноша прилег спать прямо на камнях в огромной пустыне. Он не беспокоился о своем здоровье, он ни о чем не беспокоился?! Много дней он разговаривал с ней — со своей душой, много дней он разговаривал с Ним — с необъяснимым Единством этого мира. Много дней он был счастлив и блажен! Этот сон пришел к нему словно неясное видение. Впрочем, много дней назад он потерял счет времени и перестал различать ночь и день. Он трудился! Он безудержно трудился над собой, над своей готовностью помочь этому миру стать радостным и дружным, над готовностью поделиться любовью. Любовью! Жар и холод были где-то рядом, они не трогали его, зной и гнилой ветер пустыни обходили его стороной, они не видели его, юноша был здесь и не здесь, но он был. Как это понять? Никак! И вот приснился этот сон. Самый простой сон о ...? О Любви, о Предназначении, о Готовности! Он вернулся к людям, он вернулся туда в этот глухой и ослепший мир выгоды. Больше не было слов. Просто, его душа, его сердце, его Сознание разговаривали с ними. Они говорили не словами, а чем-то совершенно иным — безмолвным и таким могучим! Неведомый ему свет изливался из его сердца и проникал, проникал, проникал в души и сердца этих людей. Он видел, ощущал, что эти лучи, эти неслова успокаивали разум людей, они раскрывали глаза их душ, они будили в них Стремление! Стремление к самим себе, стремление к единству, стремление к Нему, к Любви и Согласию! И вот сон стал явью, стал Его обычным делом и нашей удивительной и неповторимой жизнью. Юноша пробудился. Его ждали там — там дома!

27

Юноша и она объединились. Они творили вместе. Они были там, где нет суеты, где нет нашего разума, где нет нас самих, где нас нет, и никогда не будет! Почему нас там не будет? Потому что нельзя быть сразу в двух местах, и здесь и там, и где-то еще. Потому что мы еще здесь, мы еще разумны, мы еще рассчитываем и прикидываем, а это значит, что там нас пока еще нет. Но если мы готовы, если мы действительно хотим, если безудержно, совершенно неразумно стремимся к ним, то нет проблем. Мы услышим Его голос, а все эти глупые шутки и пустые слова вряд ли будут нас беспокоить. Если мы готовы...!!! То Он всегда ждет нас! Он ждет нас в самих себе, Он ждет нас в мире Природы и Знания, Он ждет нас во Всем! Только один шаг, только одна попытка проникнуть в Его мир — в самих себя, в любовь, в бескрайнюю веру, во благо! И ...?! Тогда наше путешествие закончено! Тогда наше путешествие только-только началось! Тогда вперед, без оглядки, без сомнений, в Единство, в Мир, в Любовь!
вверх