Акварун: сайт интегрального человековедения. Астрология, психология, целительство, педагогика, мантика.

Глава 10
Технологии целительства

Пульхеротерапия

Главнейшая методика эзотерического целительства основана на недоверии слову и недоверии к возможностям прямого физического влияния на организм. В основе ее лежит осознание формирующей роли психики в жизнеустройстве того, что происходит в теле человека. Существует зоологическая бессознательная телесность. Существует присущая именно человеку ментальная шаблонность. И в противовес им пульхеротерапия — исцеление красотой — основывается на развитии образности, чувственности и ощущаемости мира посредством психического аппарата.
Настройка красотой, выстраивание красотой, гармонизация тем, что дано нам от начала самой Природой. Каждый из каналов чувствований человеческих непременно связан с особой энергосистемой и как бы отвечает за ее благополучие. Зрение позволяет нам получать энергии одного рода, обоняние предоставляет другие возможности, слух питает тем, что в принципе не может достичь нашего организма по иным каналам восприятия. Необходимо настроить человека генерацией психологической готовности к совершенству. Это является принципом, обеспечивающим пульхеротерапии всегдашнее могущество и абсолютную эффективность.
Невозможно наэнергетизировать тело человека, невозможно поднять потенциал сил самоорганизации, самонастройки, саморегуляции, если не включить осознание телом красоты. Мы передаем телу своего рода шаблоны, стереотипы, паттерны того, как ему надлежит существовать. Мы привыкли воспринимать красоту как нечто внешнее, нечто причудливое и даже излишнее. Но на самом деле красота целительна. Вечная формула — «Сознание красоты спасет мир».
Для того, чтобы исцелиться, необходимо вынашивать осознание красоты. Нужен посев, выхаживание этого посева. Следует выдержать известные сроки. Законы едины как для земледелия, так и для души человеческой. Необходимо подать личный пример и вселить живую надежду. Сам клиент, а до него терапевт, должны осознать, усвоить, вникнуть в реальность того, что красота, воспринятая и усвоенная, действительно лечит! Подлинный целитель должен всей своей практикой разъяснять, утверждать и взращивать в сердцах и умах своих подопечных единое правило — красивое и здоровое синонимичны!
Слова и мысли о целительности красоты необходимо должны присутствовать не то что в каждом дне, но в каждом дыхании врачующего. Только так ему удастся убедить людей в обязательности принятия красоты как гармонического канона жизни. И иного пути к действительному здоровью попросту не существует! Красота в основе своей стройна, законна, математична, гармонична, упорядочена, законоприемлема и законопослушна. Необходимо пестование и вынашивание этого сознавания. И если вынашивание это свершится и состоится, тотчас человек исцеляется. Точнее, отправляется в путешествие к собственному здоровью. Постигший обязательность красоты и умом, и сердцем уже не может быть болен. Человек, приветствующий красоту и превыше всего ценящий Прекрасное, уже изо дня в день совершает все новые и новые шаги по пути исцеления — не только себя, но и всех окружающих, и мира в целом.
Ощущательная сенсорная распахнутость. Осознание собственного телесного бытия. Вот именно тут-то и происходит синтез разума и психики. Перво-наперво необходимо исследовать многообразные реакции различных организмов на красоту. Необходимо накапливать арсенал (и в кабинете, и в хранилище, и в памяти) носителей этой красоты. Пусть это будут маленькие копии скульптур Родена, слайды картин великого Леонардо, фигуры китайских нецке или радужные веселые матрешки. Но заболевший человек должен увидеть гармонию вокруг себя, должен усмотреть, сколь заботливо сам врачующий старается окружить себя предметами прекрасными. Только тогда пациенты поверят в некую могущественную действительность, стоящую позади прекрасных предметов. И это поможет им приступить к исследованию целительного влияния красоты на примере собственного заболевания. Первейшая задача целителя — провести лечащую гармонию в организм пациента, что невозможно сделать без раскрытия его сознания. Но поначалу врач должен не на словах, но в ходе собственных переживаний постичь таинственную лечебную силу красоты. Тогда он окажется не просто убедительным в своих красототерапевтических наставлениях, но неотразимо убеждающим.
Внесение красоты в мир — нет лучшей формулы для всякого целителя. Внесение красоты, прекрасного, гармоничного, стройного, разумного (все это — синонимы!) в организм человека — это и есть формула целительства. Если именно так мы научимся обращаться с каждым пациентом, через танец, через цвет, через музыку, даже через ритмически организованное, поэтически целительное слово, мы наверняка овладеем методами избавления от заболеваний. Лишь красотой и прекрасным мы сможем избавлять род человеческий и планету нашу от страданий и заболеваний самых разных видов и форм.
Проблема заключается в том, что ежели единожды мы сможем ощутить вот это всемогущество красоты, мы уже наверняка победили безобразие, мы уже сможем расплавить и по ветру развеять все патогенные миазмы. Мы предоставим человеку возможность выбирать между красивым и больным образами существования. И выбор этот будет понятным всякому.
Уважаемые целители, никогда не забывайте о свободе выбора наших исцеляемых. Решение имеет право принимать только тот, кто после станет испытывать на себе его последствия. Но именно от нас зависит, как преподать человеку возможность осознанного выбора, как ему объяснить преимущества прекрасного и опасность некрасивого, донести до нуждающихся в выздоровлении всеисцеляющую силу красоты.
В объяснении причин и движущих сил, организующих наш собственный жизненный путь, мы привыкли ссылаться на так называемые «объективные условия». При этом мы словно нарочно забываем о своем собственном художничестве, о том, что все те психологические игры и жизненные сценарии, которые мы разыгрываем на подмостках сцены, именуемой жизнью, мы выписываем и формируем сами.
Да, все мы без исключения — художники. Наши действия зависят от наших собственных восприятий, от видения проблем и интуитивного усмотрения ресурсов, позволяющих нам, в соответствии с нашей собственной внутренней природой, формировать ткань собственного индивидуального существования.
Мало кто осознает, что этика по сути своей эстетична. Вспомним центральный смысл творчества Алистера Кроули: «Делай все то, что ты хочешь, т.е. то, что тебе нравится». Мы забываем о том, что слова «нравственность» и «нравиться» являются однокоренными.
Истинное счастье человеческое состоит в восприятии красоты и проистекающем из него созидании прекрасного. Юнгианские аналитики знают о том, что глубинным действующим началом нашей внутренней и внешней жизни являются динамически переплетающиеся архетипы, образы, персонажи. При этом каждый из нас в постановке жизненной пьесы одновременно является и драматургом, и режиссером, и критиком, и зрителем, и каждым из актеров одновременно.
Природа творит по законам красоты. Художник лишь в меру своих способностей стремится подражать творчеству природы. Художественное — вовсе не синоним искусственного, надуманного, неестественного. Истинно художественное — это всегда нечто живое, живущее и животворящее. И.П. Шмелев писал о том, что всякая красота неизменно является биологически активной. Биоактивными являются любые гармонические структуры, выстраивающиеся в строгом соответствии с математическими законами, основанными на все тех же принципах красоты.
Красота законна, математична и человечна одновременно. Сама красота определяет качество естественного жизнетворчества. Все мировые законы эстетичны. Без эликсира Прекрасного невозможна ни успешная психотерапия, ни эффективное преподавание, ни любая другая деятельность человека. В человеке встречаются три Царства, построенные по одним и тем же канонам математически выверенной гармонии. Человек находится в одновременной связи с гармонией небесных сфер, пропорциями биологических структур и гармонично устроенным внутренним психическим миром. И лишь когда наше физическое окружение — интерьеры, ландшафты и тексты деформируются и деградируют, мы неизбежно оказываемся заложниками безобразия, дисгармонии. Тогда-то человек заболевает и душою и телом. В нем, призванном быть средоточием Космоса, Биоса и Психоса, выстроенных в согласии с канонами меры и пропорции, нарушается связи, удерживающие мир от губящих все живое диссонансов и несоответствий. В этом — одна из главных причин отчуждения человека от себе подобных, разрыва отношений с живым миром и расщепление себя как целого. Именно сегодняшнее главенствование безобразия, нечуткости и профанации — корень всего того, что нас так гнетет, что всем нам так не нравится.
Психологическая культура перво-наперво подразумевает продуманную и системную художественную воспитанность каждого из нас, ибо красота, воспринятая и осознанная, составляет единую основу жизни и духовности. Красота есть глубиннейшая ипостась самого бытия, корень сознания и фундамент всякого сотрудничества, вне которого немыслимо существование целого. Культурность в известном смысле синонимична художничествованию!
Во все времена искусство рассматривалось мудрецами как основа основ упорядочивания, охранения и организации общественной жизни. Музыкой исцеляли человека. Роскошными гобеленами оздоравливали психическую атмосферу сумрачных залов средневековых замков. Дивными ароматами пробуждали в душах возвышенные переживания. К примеру, в средневековом Китае весьма весомым критерием определения реального положения дел в той или иной провинции считалось состояние звучащей в ней музыки. Иной наместник мог поплатиться головой за то безобразие, которое императорские инспектора усматривали в музыке, звучащей в управляемой им провинции. В связи с кризисом современного искусства, с пресловутыми постмодернизмом и видеократией становится понятна та опасность, которой подвергается современная политическая жизнь, а возможно и здоровье самих людей.
Разрушение красоты неизбежно ведет к гибели всего живого. К сожалению, это вовсе не преувеличение. Нас губит именно властолюбие и жадность, лживость и лень, злоба и тупость, глупость и зависть — не безобразно ли все это? Можно до хрипоты спорить о том, что первично — некрасивое или безнравственное, но то, что предметы эти теснейшим образом взаимосвязаны, вряд ли кто-либо рискнет отрицать.
Все наши творения, отношения и дети — плод нашего собственного художничествования. Началом, охраняющим жизнь на планете, смело может быть названа присущая каждому из нас от рождения неутолимая жажда прекрасного. Красивое всегда и приятно и полезно. Психотерапевтам известен нехитрый прием, способствующий примирению невротика с самим собой, лежащий в основе его исцеления. Возьмите диктофон, поудобнее расположитесь в кресле и, не торопясь, ни на что не отвлекаясь, отправьте звуковое письмо себе самим. Говорите о чем угодно, ругайтесь, сетуйте, печалуйтесь и обвиняйте. Рано ли поздно ли, но вы непременно выговоритесь, выплеснетесь, освободитесь. И затем, в спокойной обстановке прослушивая запись собственного голоса, вы не сможете не заметить того, что по приближении к завершению этого звукового послания используемые вами слова и выражения как бы сами собой будут становиться все более и более красивыми и приятными, а вибрации голоса мало-помалу обретут гармоничную благозвучность.
Каждому из нас, на протяжении всей жизни, предоставлена возможность в любую минуту приняться за украшение мира и приступить к оздоровлению самого себя. Красивое слово, прекрасная мысль, гармоничное действие — перед нами открыты мириады возможностей истинного художничества. Важно только при этом оставаться самим собой. Почему-то многие считают, что последнее непременно означает неконтролируемое буйство эмоций, вульгарность помыслов и хаотичность движений. Тот, кто так думает, попросту еще не знает себя, он просто не успел познакомиться с самим собой. Ибо индивидуальность каждого из нас в существе своем прекрасна и восхитительна. Лишь неверие в себя и боязнь свободы закрывает многим из нас путь к радужному творчеству собственной судьбы.
То тут, то там слышится: «Брось ты свои художества! Будь как все!» Но человек, по определению, не может быть таким как все, он может быть в чем-то похож на кого-то. Человек как целое, подобно гороскопу, сотканный из противоречивых и разнопорядковых элементов, неизменно является неповторимой индивидуальностью. Важно только стараться об этом не забывать, иллюзорно принимая ту или иную свою часть за общую картину своего индивидуального микрокосмоса.
Истинный художник страдает, когда ему приходится писать «под заказ». Это безобразно в живописи и чудовищно в музыке, но в сто раз страшнее в художничестве собственной жизни. И без того роботности внутри нас более чем достаточно. Для того чтобы стать свободным и счастливым человеком, надлежит понять, что мы — вовсе не роботы, но смелые и чуткие художники. Такова единственная альтернатива всепоглощающей жестокости машинной цивилизации. Истинное творчество по определению интуитивно, ибо в художничестве своем человек черпает смыслы, формы и содержания, таящиеся в неведомых глубинах его собственной души. Художничеству нельзя научить, но ему можно позволить раскрыться и утвердиться предоставлением свободы и своевременной подачей доброго совета.
Вспоминается почти анекдотическая история, рассказанная мне одним из моих друзей художников. Обладая незаурядным талантом живописца, повинуясь глубинному нравственному наитию, после окончания средней школы он решил не тратить время на получение так называемого высшего образования, которое в большинстве случаев не столько раскрывает талант, сколько создает все условия для его успешного закапывания. Как-то пришел он устраиваться на работу в реставрационное бюро. Предъявив свои картины и получив полное их одобрение, он вдруг удивленно столкнулся с вопросом своего будущего работодателя: «А диплом о высшем образовании у вас есть?» Нисколько не смутившись, он с печальной улыбкой на устах ответствовал: «Вы так ничего и не поняли. Я — Художник!».
Итак, красота — основа всего жизнеспособного и плодотворного в человеке. Поиски красоты тождественны поискам смысла, ибо реальное всегда красиво. При этом дар восприятия Прекрасного по значимости и высоте ни в чем не уступает дару творческого авторства. Духовность может быть определена как неистребимая тяга к гармонии — гармонии, не сводящейся к пошловатой псевдокрасивости творений поп-культуры, но понимаемой глубоко и широко. Разрушение же красоты неизбежно приводит к гибели всего живого как в самом человеке, так и вокруг него.
У всех на устах слова Ф.М. Достоевского и Н.К. Рериха о красоте, как единственной спасительнице мира. Вне красоты немыслимо само существование человечества, ибо дисгармоничное может быть понимаемо как преступное в отношении законов природы, нарушение которых рано или поздно карается. Нет нужды понимать художничество лишь как создание живописных полотен или написание очередной прелюдии. Красота присутствует и в работе опытного кулинара, и в творчестве ответственного журналиста, и в заботливом уходе за смертельно больным человеком. К примеру, опытный психолог-консультант, признавая относительность личного мира каждого, прежде всего стремится разыскать красоту во всем том психическом материале, который в той или иной форме предъявляет ему пришедший за помощью человек. Лишь усмотрев и прочувствовав гармонию обозначенной проблемы, психолог способен обнажить скрытые причины происшедшего и терапевтически способствовать естественному расширению поля сознания своего собеседника.
Жизненно важным нам представляется умение повсюду усматривать прекрасное. Предпосылки для развития искусства такого взгляда на мир от рождения даны каждому. Разумеется, человека необходимо уважительно и заботливо пестовать, предоставляя ему возможность развития священного дара прекрасновидения. Однако и сам он, стремясь улучшить собственную жизнь и желая порадоваться окружающему существованию, должен и сам развивать в себе этот дар. Сколь близки слова «украшение» и «воскрешение»! И пусть лучшей похвалой человеку отныне будет слово «ХУДОЖНИК!», «МАСТАК!», «МАСТЕР!».
Да, мы все художники собственной жизни, и смыслом воскрешения человечества является предоставленная каждому из нас возможность стать Художниками. Недаром, один из философов Беларуси определил будущее вида Homo sapiens — Homo pulcheris — Человек Прекрасный, и залог нашего будущего успеха в том, что мы всегда знаем, как стать красивее.

Биохромотерапия — живая энергия цвета

Наития древних и современные открытия

Феномен цветовосприятия и особенности взаимодействия человеческого организма с цветом издревле интересовали исследователей души. Древние эзотерики, средневековые герметики и современные парапсихологи — сотни поколений ученых пытались разгадать загадку глубинного влияния цвета на внутреннюю жизнь человеческого микрокосма. Древние индусы считали человека «светоносным» («теджаси»), подразумевая под этим фундаментальное единство цветовых энергий и «соков» тела. Согласно доктринам индийских йогов человеческий организм соткан из переплетающихся вибраций звуков и цветов, мелодий и световых потоков, динамика которых полностью определяет жизнедеятельность и психическую жизнь человека.
Издревле ясновидящие отмечали наличие глубинных соответствий, наблюдаемых между различными энергоцентрами («чакрами») и энергоканалами («нади») и определенными цветами. Учение Живой Этики, вынесенное из недр эзотерических орденов супругами Рерих, содержит множество указаний на прямую связь между наблюдаемыми экстрасенсами расцветками ауральной энергооболочки человека и определенными психическими состояниями. Пурпур торжественности, изумруд мужества, рубин стойкости, сапфир покоя — таковы метафоры «Агни-Йоги», утверждающие единство цвета и души, световых энергий и психических процессов.
Известный всему миру ясновидящий Рудольф Штейнер разработал собственную классификацию типов человека в связи с цветами излучений их аур. Подобные классификации были и у сенситива Эдгара Кейси, и у известной всему миру прорицательницы Ванги, и у экстрасенсов, работавших под руководством знаменитой исследовательницы парапсихических феноменов, американского психиатра Шафики Карагулы. Причем все эти классификации четко совпадали одна с другой. Речь идет о замечательной и до сих пор не разгаданной закономерности, прослеживаемой в связи состояний психики и цветовых ассоциаций, возбуждаемых в душе высокочувствительного человека.
Древние именовали глаза «окнами» организма, «вратами восприятия». Мы привыкли к тому, что наш организм воспринимает цветовые потоки посредством зрительного анализатора. Однако это не единственный канал, по которому цветовая энергия может достигать организма. Многочисленные исследования феномена кожного зрения доказали принципиальную возможность восприятия цвета не только посредством рецепторов сетчатки глаза, но и практически любыми клеткам организма.
Известный российский психолог А.Н. Леонтьев разработал методику развития у людей высокой чувствительности к цвету. В эксперименте ему удалось выработать у группы испытуемых условный рефлекс на восприятие цветовых потоков, которое осуществлялось... с помощью ладони. Цветной луч падал на ладонь, а специальные приборы регистрировали наличие той или иной специфической реакции, причем ее характер точно соответствовал спектральному составу падающего на ладонь луча. Более того, испытуемые Леонтьева научились различать цвета «ладонью», при полном исключении возможности увидеть цветовой поток с помощью глаз.
Аналогичные эксперименты проводились в 70-е годы в Чехословакии. Испытуемый, обвешанный датчиками, связанными с многочисленными регистрирующими устройствами, обнаженным заходил в «цветную комнату». Предметы в комнате были выкрашены в один определенный тон, и приборы регистрировали совершенно определенную реакцию человека на воспринимаемый всей поверхностью кожи цвет. По показаниям приборов можно было легко различить, в какую именно комнату — синюю или красную, желтую или зеленую — зашел испытуемый. Сами испытуемые со временем научались, по каким-то еле уловимым признакам и одним лишь им ведомым критериям, различать цвета, в поле действия которых они попадали. Самым удивительным в этом эксперименте оказалось получение достоверных значимых результатов при полном отсутствии освещения в «цветных комнатах». Люди заходили в темное помещение, в котором и глаз бы не различил превалирующий цветовой тон. Тем не менее, организм четко реагировал на «поставленную задачу» — происходило ясное определение характера цвета, в пространстве которого оказался человек.
Знаменитый ученый Д. Блохинцев указывал: «Фактов всегда достаточно — не хватает фантазии». Цветопсихологами накоплено множество удивительнейших фактов, подтверждающих правильность «цветоэнергетической» модели древних. Оккультисты и йоги во все времена утверждали реальность существования Единой Живой Энергии, различные формы и состояния которой воспринимаются людьми как отдельные цвета. Современные парапсихологи, медики и физиологи, сами того не подозревая, экспериментально подтвердили оправданность этих внешне странных, но глубоко истинных моделей древних человековедов.
Известный биолог-эволюционист Э.С. Шноль считал, что по нервным волокнам человеческого организма движется вовсе не электрический импульс, а цветовые потоки. Оказывается, нервное волокно является точным аналогом известных современным технологам световодов. Нерв словно приспособлен для проведения цвета. Если представить фантастическую скорость проведения цвета в прозрачной среде, возможности интерференции различных цветовых лучей в теле нейрона и реальность выхода цветовых вибраций за пределы самой нервной системы — становится понятным интерес древних к самой проблеме «хроматизма физиологии».
Э. Шредингер называл цветом свойство спектрального состава излучений, общее всем излучениям, визуально не различимых для человека. Он говорил о том, что стационарные состояния атомных систем могут рассматриваться как собственные колебания волнового поля, соответствующего данной системе. Луи де Бройль сформулировал представления о «волнах материи», пронизывающих мир и являющихся фундаментом субстанционального существования всего во Вселенной.
В.М. Инюшин в многочисленных экспериментах обнаружил удивительные свойства лазерного излучения, проявляющиеся в его воздействии на живой организм. Он заменил акупунктурную иглу лазерным лучом — и получил фантастические результаты, эффективность которых потрясла специалистов. По определению лазерный луч монохроматичен, то есть одноцветен. Причем в экспериментах подтвердилось наблюдение многих физиологов, касающееся различного воздействия на биосистемы разных цветов.
В.П. Казначеев исследовал особенности проведения лазерного луча по организму — и окончательно подтвердил обоснованность древних представлений о светоносности человека. Лазерный луч, направляемый на точку акупунктуры в прямом, непосредственном, буквальном физическом смысле проводился по биоэнергомеридиану и регистрировался в другой точке, находящейся на том же «силовом канале», с помощью фотоэлектронного умножителя. В.П. Казначеев и его сотрудники однозначно доказали проводимость цветовых лучей по организму. Причем движутся световые потоки не по кровеносным сосудам или клетчаточным пространствам, но по тем самым полумистическим и не обнаруживаемым анатомически «энергетическим сосудам», о которых издревле свидетельствовали восточные иглотерапевты.
Цвет воистину всемогущ. В сочетании с направленным музыкальным воздействием он может приводить к исцелению даже в самых сложных случаях. Речь идет не только об органических заболеваниях, но и о тяжелых психозах. Цвет таинственен, ибо позволяет за считанные минуты по характеру предпочтения «вычислить» то интимно-внутреннее, о котором порой не догадывается и сам человек. Цвет жизненно необходим всякому, ибо питает тело и поддерживает душу. Цвет глубочайшим образом включен в культурные традиции и биологически связан с психогенетическим кодом каждого человека. Это было известно издревле. День сегодняшний требует перевода веками накопленных знаний на язык современной науки. Цвет жизненно важен для медиков и художников, психологов и строителей, педагогов и специалистов в области рекламы, ученых и политиков. Цвет синонимичен душевным состояниям, цвет родственен психическим процессам, цвет близок самому важному, самому глубокому, наиболее истинному в наших душах.

Феномен цветопредпочтения

Многие авторы полагают, что за долгую историю развития человечества в культурной традиции сложились неосознаваемые (биоархетипические) соответствия между отдельными цветами и определенными символическими значениями. При встрече человека с тем или иным цветом происходит спонтанное ассоциирование физиологического ощущения с закрепленным в данной культурной традиции символическим смыслом.
Однако сомнения в состоятельности данной концепции вызывает факт существования различий символических значений, связанных с одними и теми же цветами в различных культурных традициях. Конечно, влияние культурных конструктов на цветовосприятие имеет место, когда глубоко укоренившиеся в психике социальные конвенции и те или иные этнопсихологические особенности налагаются на «физиологический» смысл цвета. К примеру, коммунистические страны находились под превалирующим давлением красной гаммы цветов, а страны фундаментального ислама отмечены предпочтением зеленого. Но к раскрытию сущности процесса психологического воздействия цвета эта гипотеза отношения не имеет. Остается открытым вопрос о возникновении самих символических значений. Они не могли появиться на основе «социального договора», ибо фундаментом процесса «осмысления» и «означивания» цвета является глубинная связь, существующая между особенностями тех или иных световых вибраций и неосознаваемой психической динамикой. Нужны иные объяснения, которые и предложил М. Люшер.
Люшер разработал основы функциональной психологии цветовосприятия и создал на ее базе широко известный в практике психодиагностики цветовой тест, относящийся к высокоэффективным проективным методикам и предназначенный для изучения ситуативного эмоционального состояния личности и ее адаптации к различным социально-психологическим ситуациям. Эта методика почти полвека успешно используется десятками тысяч педагогов, психиатров и психологов во всех странах мира. Она применяется в изучении особенностей психологии различных групп, профессиональных прослоек, этносов и субкультурных объединений.
При первом знакомстве с цветотестом Люшера, прежде всего, поражает явное несоответствие между предельной простотой методики и колоссальной сложностью информации о процессах, протекающих в бессознательном тестируемого. Простотой эта методика обязана принципу ранжирования. В зависимости от характера субъективного предпочтения, в соответствии со специально разработанными таблицами интерпретаций психодиагност может реально судить о структурной динамике психических процессов. В основе теста лежат фундаментальные закономерности связи между разнокачественными цветоэнергиями и определенными психическими процессами, состояниями и явлениями.
Исходной точкой построения цветопсихологической диагностической системы явилась интуитивно созданная концепция связи основных цветов с определенными настроениями и специфическим характером отношений человека с окружением. Истоки интуиций М. Люшера могут быть связаны с теоретическими изысканиями великих абстракционистов ХХ века — Кандинского, Малевича и Мондриана. Родились эти представления в результате внимательного изучения опыта, накопленного в сфере искусства, науки и религии за долгие века развития культурных традиций. Глубокое осмысление всех этих данных, тончайшая интуиция и высокий художественный вкус, а также уникальная способность создателя цветотеста к рефлексии собственных реакций на цвет привели М. Люшера к выявлению закономерных связей между цветами и настроениями. Окончательно же цветотест был разработан на основе масштабных статистических исследований, позволивших выявить объективный характер психологических значений различных цветов.
Физиологам давно известно о не зависящем от настроений субъекта физиологическом влиянии цвета. К примеру, красный цвет возбуждает и активизирует, а синий — успокаивает и затормаживает. Но это — примитивный, схематичный анализ взаимодействия цвета и биосистемы. Люшер же, объединив все имевшиеся в его распоряжении данные о психологическом воздействии определенных цветов, создал для каждого из них перечень генерируемых им сдвигов в состоянии организма (в самочувствии, в настроении, в характере понимания). Заметим, что действия каждого цвета и специфика его внутреннего значения не зависит от отношения человека к нему. Цвет может нравиться или не нравиться, но характер его влияния, специфика его воздействия на психику остаются неизменными, вне зависимости от состояния организма в момент воздействия. Таким образом, символическое значение цвета, его «психологический код» действительно объективны и не зависят от положения того или иного цвета в ряду индивидуального предпочтения.
В 80-е годы ученые Беларуси провели уникальные эксперименты по изучению влияния лазера на состояние клеточных культур. Красный лазерный луч, направленных на зажатую между стеклами прослойку клеточек, неизменно стимулировал их рост и улучшал «самочувствие». Но каково же было удивление ученых, когда точно такое же позитивное стимулирующее влияние лазерный луч оказал и тогда, когда он не был направлен на саму клеточную культуру, но проходил мимо стекла невдалеке от него! Если сопоставить эти исследования с результатами изучения учеными Новосибирска так называемого зеркального цитопатического эффекта, являющихся продолжением опытов по исследованию морфогенетических полей развивающихся зародышей, проведенных в середине века А.Г. Гурвичем, то станет понятно — пресловутое биополе вовсе не фикция, и в большинстве случаев не просто сам физический организм, но и окружающая его живая ауральная оболочка воспринимает, словно антенна самые различные излучения, прежде всего, цветовые, т.е принадлежащие нашему, родному диапазону.
Каждый цветовой оттенок производит одно и то же действие на любой организм, вызывает вполне определенный сдвиг в состоянии всякой биосистемы, будь то мышь или человек. Качественное своеобразие цвета очень тонко и четко дифференцированно. Любой чистый цвет в своем воздействии существенно отличается от «соседствующих» с ним на шкале спектра оттенков (этот факт позволил нам разработать модель спирально-периодической организации цветовых октав диапазонов, которая позволяет выявить связи между фундаментальными законами квантовой механики и особенностями функционирования живых систем).
Тонкая интуиция и кропотливый анализ накопленных человечеством опытных данных позволили М.Люшеру точнейшим образом охарактеризовать каждый из четырех основных цветов и на основании этих исходных характеристик сформулировать значения многочисленных оттенков и тонов. Предположения Люшера о характере действия этих цветов на психику в дальнейшем были подтверждены работами сотен исследователей цветопредпочтений людей, изучавших цветовосприятие в самых различных условиях и ситуациях.
Гете писал: «Цвета действуют на душу: они могут вызывать чувства, пробуждать эмоции и мысли, которые нас успокаивают или волнуют, они печалят или радуют». До сих пор не разрешена загадка цвета, — почему и как именно влияет он на настроение и поведение человека. Что позволило Василию Кандинскому назвать живопись «цветовым инструментом состояния души»? Почему человек столь чутко откликается на всевозможные цветовые коды окружения?
Процессы мышления акцентируют моменты структурности, организованности и информационности. Тогда эмоциональные состояния символически представляют особого рода энергии психики, особый качественно-силовой аспект переживаний. Цвет воздействует на неструктурный, несюжетный эмоциональный элемент психической деятельности, как бы напитывая собой физиологические системы, являясь одновременно их «топливом» и «управляющей программой». Потому-то управление цветовосприятием и называется многими исследователями методом прямого контроля над психоэнергетикой индивидуума. Это действительно путь реального управления структурными энергиями и энергоформами, действующими на всех уровнях организма, на всех «этажах» внутреннего мира.
Цветотест — не забава, но серьезный научный метод, позволяющий опытному специалисту непосредственно исследовать тайны глубинной психики. В основе этого теста лежит выявление предпочтения, то есть выбор цветовой последовательности как отражение спектра соответствующих эмоциональных состояний. Само по себе психологическое содержание цвета является лишь исходным пунктом анализа психической динамики субъекта. Очень важно связать всевозможные сочетания основных и составных цветов между собой — связать и с объективными знаниями о человеке, и с пониманием его внутренних переживаний и интимно-личностных реагирований.
Г.Г. Воробьев и В.В. Налимов в 80-х годах разработали уникальную психодиагностическую методику, похожую на цветотест М. Люшера. Испытуемым предлагалось расположить в порядке предпочтения 19 наиболее известных картин художников-абстракционистов — от самой «нравящейся» до самой «неприятной». Результаты статистического анализа данных тестирования превзошли самые смелые ожидания. Данные цветографического теста Воробьева-Налимова при особом их математическом анализе позволяли очень точно определить возраст человека (с погрешностью до 5 лет), его профессиональные ориентации, хобби, семейное положение, политические пристрастия и даже отношение к тем или иным научным и философским проблемам. Налицо феномен, родственный «чуду люшеровского теста». Само ранжирование цветовых и графических стимульных изображений позволяет сделать далеко идущие выводы о тех сторонах жизни человека, которые, казалось бы, никоим образом не связаны с характером цветовосприятия и эмоционального отношения к тем или иным формам.
Мы убеждены, что современной психологии «недостает» одной важной категории — категории предпочтения. Порой человек, сам того не подозревая, «свидетельствует» о тех или иных склонностях, тенденциях и скрытых мотивах собственного поведения, просто совершая выбор и предпочитая один из нескольких стимулов. Ситуация «буриданова осла» при тестовом ранжировании исключена. Как писал известный московский прозаик Михаил Анчаров, «реальный осел возле охапок сена голодным не останется». Человек всегда что-то выбирает, выбор совершается как бы сам собой, но говорит о многом. При правильном же подходе к анализу предпочтений можно получить фантастические объемы информации о структуре, динамике и развитии состояний бессознательного как на физиологическом и психодинамическом, так и на культурном и социально-конвенциональном уровне.
Проблема индивидуального предпочтения — это проблема «потребности изнутри». Неосознаваемая потребность первоначально складывается на некоем биопсихическом уровне, отражаясь в особенностях восприятия и фиксируясь в различиях эмоциональных реакций на тот или иной стимул. А. Кемпински разработал психодинамическую модель «информационно-энергетического обмена», структура которого весьма устойчива и точно соответствует наблюдаемым внешним поступкам и высказываемым суждениям индивидуума. Методики, основанные на ранжировании стимулов и позволяющие определить структуру неосознаваемых предпочтений, предоставляют исследователю доступ к глубинным пластам этого самого «информационно-энергетического метаболизма». Что бы ни случилось с организмом, чего бы ни захотел субъект, куда бы ни направилась его фантазия, — все это немедленно отражается на структуре индивидуальных предпочтений. В качестве стимульного материала можно использовать не только цвета и геометрические формы, но и ароматы, вкусы, положения тела и многое другое. Фактически речь идет о формировании особого «диагностического механизма» по типу «биообратной связи». Опытный диагност, который может проанализировать связь между характером предпочтения и интересующими его настроениями и состояниями, получает исчерпывающую информацию о скрытом от самого исследуемого психическом материале.
Информационно-энергетический метаболизм резонансно объединяет психическое и телесное. Феномен предпочтения указывает на специфику и количественные характеристики недостающих энергий и субстанций. Всякое предпочтение может быть проинтерпретировано как указание на вектор активности, на тенденции изменения состояния организма и психики в определенном направлении. Всякое отвержение указывает либо на избыток отвергаемых элементов в информационно-энергетическом обмене, либо на невозможность их восприятия из окружающей среды. Таким образом, цветотест Люшера, как и тест Воробьева-Налимова, оказывается энергетически достоверным, что и подтверждается всем многодесятилетним опытом его использования.
Всякое желание, стремление и хотение основывается на тяготении к редукции напряжения. Организм либо отталкивается от чего-то, либо привлекается к чему-либо. Полярность цветов соответствует полярности стремлений, которые лежат в основе толкования различных цветопар, имеющих определенный ранг в субтестах диагностической методики Люшера. Желание рассматривается, как фактор действия, стремление определяется, как попытка энергоинформационной системы организма-психики изменить свое состояние. Тест более чем прямо указывает на то, чего хочется человеку, а чего — нет. Цветопредпочтение (как и вкусопредпочтение, и формопредпочтение, и ритмопредпочтение, и позопредпочтение, и ароматопредпочтение) является интегральной характеристикой энергоинформационного состояния живой системы. Изучение характера предпочтений позволяет не только диагностировать режим функционирования живого организма, но и предоставляет возможность настроиться в унисон с идущими в нем процессами, «присоединиться» к ритмам и векторам энергосдвигов и направленно изменить их.
Возможности влияния практически неисчерпаемы. Можно предлагать отвергаемые цвета в гомеопатических дозах, особенно если речь идет о неприятии основных цветов. Можно обильно «накачивать» через всю поверхность кожи и глаза предпочитаемые цвета. Можно сочетать различные цветовые воздействия с соответствующими им музыкальными, ароматическими и многими другими воздействиями. В конце концов, влияние может быть комплексным и проходить при постоянном мониторинге изменяющегося состояния организма и психики.
Цвет может гармонизировать человека, он способен мобилизовать его ресурсы, а может успокоить и расслабить. Цветом можно вылечить, цветом можно привести субъекта в угнетенное состояние. С другой стороны, психоаналитическая работа, приводящая к осознанию истинных причин скрытой тревожности, приводит к спонтанному изменению характера цветопредпочтения и переструктурированию всего рангового ряда цветов. Есть влияния аллопатические, необходимые для ликвидации гиперзащиты организма и полезные при острых нарушениях информационно-энергетического обмена. Существуют влияния гомеопатические, усиливающие вектор защитных реакций и эффективные при хронических нарушениях жизнедеятельности и настроения.
Исследование предпочтений — замечательный диагностический метод, позволяющий грамотно и обоснованно выбирать действительно полезный, подлинно эффективный режим влияния на организм с целью коррекции психического состояния и самочувствия. Влияние это, вне зависимости от глубины нарушений, поступает непосредственно в мозг, проникает во все физиологические структуры, протекает прямо к органам через активные рецепторные зоны радужки глаза. Организм немедленно отзывается на целебный цветовой поток. Но для того, чтобы он был законен, приятен и полезен, его необходимо организовывать с данными цветотеста. Это и есть истинно психосоматический подход, позволяющий с помощью единой тестовой методики избрать единый фактор влияния, равно эффективный и в исправлении телесной жизнедеятельности, и в коррекции психических состояний.

Применение цвета

Известный психиатр В.М. Бехтерев утверждал: «Умело подобранная гамма цветов способна благотворнее воздействовать на нервную систему, чем иные микстуры». Аристотель писал: «Все живое стремится к цвету... Цвета по приятности их соответствий могут относиться между собой подобно музыкальным созвучиям и быть взаимно пропорциональными». Ивли Грант заметил: «Чем больше смотришь на этот мир, тем больше убеждаешься в том, что цвет был создан для красоты, и красота эта — не удовлетворение прихоти человека, а необходимость для него».
Действительно, цвет способен возбуждать и подавлять, возносить и низвергать, лечить и облагораживать. Приведем несколько выдержек из замечательной книги Мориса Дерибере «Цвет в деятельности человека»:
«Физиологическое и психофизиологическое воздействие цвета на живые существа позволило разработать богатую технику цветотерапии... Особое внимание привлекал красный цвет, который использовали еще средневековые врачи для лечения ветряной оспы, скарлатины, кори и некоторых кожных заболеваний. Изучались и другие цветные лучи. Лечение невралгических явлений светом началось очень давно. Вначале оно было очень эмпиричным, но после наблюдений Плезантона над болеутоляющим свойством света, пропущенного через голубой фильтр, и наблюдений Поэга над тем же свойством фиолетового света, оно стало более точным. В начале нашего века несколько русских и немецких терапевтов подтвердили наблюдения о благоприятном воздействии голубых и фиолетовых лучей при лечении невралгических заболеваний...»
«Красный и желтый лучи дали интересные результаты при лечении апатичных и анемичных детей. Они выражались в увеличении количества красных кровяных телец, росте веса ребенка, повышении его активности и в улучшении его настроения.
Зеленый цвет был использован Пото при лечении нервных болезней и психопатических расстройств. Он считал, что зеленый свет действует в тех случаях, когда нужно дисциплинировать ум и тело и вынудить больного контролировать свои поступки.
После трехчасового пребывания в красной комнате больной, страдавший молчаливым психозом, повеселел и стал улыбаться. На следующий день пациент, отказывавшийся ранее от любой пищи, встал, потребовал завтрак и поел с удивительной жадностью».
«Больной вынужден долгие часы думать, мечтать, страдать в среде, в которую его поместили. Медленно, так что он и не отдает себе отчета, эта среда проникает в него самого. Так нужно ли делать ее ледяной, лишать цвета, жизни, в то время как она должна участвовать в моральном утешении и физическом восстановлении?»
Современной медициной цвет до сих пор активно не используется, несмотря на наличие колоссальных массивов фактических данных, касающихся психологического и физиологического действия цвета. Возможности же цветовоздействия попросту фантастичны. Прямое облучение тела отфильтрованным солнечным светом, использование лазерных устройств, создание однотонных интерьеров, применение пропускаемых через самоцветы светопотоков, направленное влияние на точки акупунктуры, целевое воздействие на активные зоны радужки глаза — сегодня существует множество методов введения цветоэнергий в информационно-энергетический метаболизм индивидуума. Причем все эти приемы эффективны вне зависимости от степени осознания человеком характера и направленности цветоэнергетического воздействия. Цвет, как и звук, является естественным интегратором физиологических и психических процессов. Использование ранжирующих методик, определение характера предпочтений помогают поставить точный «энергетический диагноз» и направленно подобрать особую «цветовую микстуру». Так можно управлять живой системой и психическими процессами самым естественным образом, влияя наиболее привычным путем, достигая значимых результатов без использования синтетических лекарств и сложных физиотерапевтических воздействий.
Разумеется, не все так просто, как кажется на первый взгляд. Цветовое влияние необходимо сочетать с особого рода ритмическим воздействием. Добавление особых ароматов, мелодий и вкусов также имеет свое значение. Лечебное воздействие должно быть комплексным, но методические секреты его организации пока не могут быть раскрыты даже специалистам. Ведь речь идет о чрезвычайно эффективном методе управления психической и телесной сторонами жизни индивидуума, и орудие это может быть использовано как для исцеления, так и для разрешения воздействующим собственных корыстных проблем. Главное, о чем мы хотели рассказать в этом небольшом введении, так это о могуществе цвета, о глубинности его связи с человеческим организмом и о фантастических возможностях, использовать которые вовсе не трудно. Небольшая группа утонченных исследователей, действующих на основании строго этического кодекса и использующих имеющиеся в науке и культуре наработки, может на протяжении нескольких лет достичь поразительных результатов в освоении принципиально новых путей направленного воздействия на организм и психику. Но готовы ли сами врачи, психологи и педагоги к эксплуатации такого рода инструмента? Не пойдут ли они по «линии наименьшего сопротивления»? Не захочется ли им лишить своих подопечных свободы воли? Вот в чем вопрос. И пока он не решен, вход в сокровищницу Храма Естественных Влияний для любого закрыт. Эзотерическая традиция хранит множество сведений о сверхэффективных способах управления человеческой психикой и состоянием тела. Но лишь немногие готовы воспринять это знание в полном объеме, так как оно попадает лишь в чистые руки и требует от влияющего особой ответственности...
Теперь несколько слов о практике биохромотерапии.
Мы разучились разыскивать приятное и отличать негодное от предпочитаемого. Мы разучились находить красоту в фигуре. Мы разучились видеть мир, на который мы смотрим в разные стороны каждую минуту, как картину. Биохромотерапия является таинством обращения к первейшей силе, находящейся в распоряжении любого человека.
С печальной улыбкой вспоминаются истеричные конфабуляции псевдоэкстрасенсов и новоявленных ведьм по поводу цветов аур, энергоцентров и мыслеформ. Мы сами себя задурили, забыв о том, что для восприятия целительной силы цвета вовсе не нужно форсировать развитие ясновидческих способностей. Ведь вокруг каждого из нас все цветное! Надо просто открыть глаза и омыть их, научиться выбирать глазом и осознанно различать интуитивные оттенки предпочитаемого и отвергаемого не столько психъикой, сколько самим организмом.
Например, мы едим, то что нам нравится, но мы отказываемся есть то, что нам претит и не гармонирует с нашими вкусовыми или обонятельными восприятиями. В отношении к пище это ясно даже младенцу. Но то же должно существовать и в любых других восприятиях, которыми питается наш организм. Если человек не хочет напитываться грязью, если человек не хочет напитываться жестокостью и болью, обидами других и кровью, он должен как минимум отвернуть глаза. Он должен ответственно и осознанно контролировать собственные восприятия, ибо по каналам чувств неизбежно и непрерывно происходит напитывание его собственного организма всем тем, кто человек воспринимает. Просто материалистически зашоренный век не признает за каналами чувств саму возможность введения в организм информационных энергий, а ведь именно их качество в конечном счете определяет тот информационно-энергетический «материал», из которого выстраиваются процессы регуляции и управления жизнью и тела, и психики.
Макс Люшер создал замечательную модель психики, выраженную им в терминах цветодинамики. В душе человека действительно действуют четыре стихии — огонь красного, воздух желтого, вода синего и земля зеленого. На основе такого казалось бы почти примитивной четверичной модели Люшер создал тест, который смело можно назвать главным психологическим открытием 20 века. Мы никак не можем осознать мощь биохромотерапии — лечения живым цветом. Мы привычно воспринимаем цвет как угодно поверхностно и примитивно, но только не как живой. Только не как действующий, сознающий самое себя. Прекрасно понимаю ухмылки многих из вас — цвет, краски. А ведь еще пару столетий назад яркие цвета были достоянием ничтожно малой части населения планеты. Сегодняшняя же красота мира, выраженная в цвете, связана с открытием анилиновых красителей.
Дело даже не в том, чтобы смотреть да понимать цвет. Существует в индийской психологической культуре санскритский термин «бхава». Он означает процесс концентрации внимания на внутреннем ощущении, сопровождающего любое внешнее восприятие. Что-то вроде русского «прислушаться к самому себе» или «тщательно распробовав». Если человек развивает умение пользоваться своим «бхава», он овладевает искусством особенной разборчивости. Он больше получает пищи хороших, целительных и благих восприятий и вовремя сознательно защищается от восприятий дурных и грязных.
Очень важным занятием является восстановление, воспоминание ощущения того, что было в прошлом, в цветах. Конечно, развивать умение это далеко не так просто, как может показаться на первый взгляд. Люди, основательно занимавшиеся восточными медитационными психотехниками, прекрасно поймут, что имеется в виду. И тем не менее придется, так как развитие этого умение явится залогом эффективного исцеления любых заболеваний. Эзотерически развитие умения живо воспоминать, представлять, визуализировать эквивалентно возвращению в прошлое и отправке в будущее, причем в очень глубоко реальном смысле, безо всяких там кавычек и аллегорий.
Мандалы, янтры и иконы являются не только предметом разумения, но прежде всего назначены для переживания чувственного и соматического соприкосновения с цветографической реальностью священных изображений. Цвета и фигуры эти создавались на основании строжайших канонов меры и пропорции, потому-то эти операционные психоформы при достаточном усилии прямо воспринимаются самим телом человека и словно накладываются на его информационно-энергетические структуры, укрепляя и гармонизируя их.
Сегодня многое говорится о том, сколь сер, уныл и печально бесцветен окружающий нас мир. Мы забываем о том, что в этом мире множество цветных лазеров, художественные галереи. В этом мире есть минералогические музеи, куда можно прийти на свидание к замечательным живым кристаллом для того, чтобы почувствовать их стройную благодатную силу и самим стать упорядоченнее и драгоценнее. Цветным, живым, биохромным должно быть все — все без исключения вещи. Не только одни лишь живописные полотна или цветомузыкальные установки — фонари, витражи, стекла, детские игрушки, интерьеры, цветные пластины, фенечки, выплетенные бисером пасхальные яйца и рукавички. Вспомните, как в детстве мы разглядывали мир через цветные стекла — и фактически оказывались в ином, некоим загадочным образом параллельном нашему привычному мире. Одна из сверхэффективных методик цветолечения как раз и заключается в использовании вместо сложной электронной аппаратуры именно элементарных очков с цветными стеклами. Несколько минут — и интенсивность мощного влияния ощутит даже тот, кто уже давно уверовал в собственную бесчувственность и эмоциональную толстокожесть. Так можно увидеть мир совсем по-другому, совсем иным. Высшим достижением биохромотерапии является участие в художественно-мистериальных энергосессиях, когда люди, объединившись мыслями, слившись в танце, объединившись в слове и пении, вдруг согласованно начинают постигать, что ведущим в этой мистерии является цвет, его живые мироорганизующие вибрации. И они переживают в мистическом опыте постижения основ бытия, что цвет не метафорически, но истинно живой и разумный. Вспомните закатное солнце, зеленоватое море, цвет молодых побегов юной ели, цвет песка в строгой дисциплинирующей пустыне. И когда вы все это припомните и заново ощутите, когда вы сознательно к этому прикоснетесь, непременно цвет начнет в вас действовать намного активнее, чем ему это удается сделать при бессознательности ваших восприятий. И это будет высоким ритуалом, если угодно, это будет высшим стресс-тренингом для вас, ибо вы уважительно обратитесь ко всемогущему цвету за исцеляющей помощью, смирив взбесившуюся гордыню собственного невежества. Вы вдруг осознаете, среди какого великолепия вам привелось жить на этой планете, среди какой астральной драмы вы ходите, не понимая ни ролей актеров, ни их значения, но явно ощущая силу влияния их на каждого. Имена этих вселенских Актеров — Живые Цвета, Самосознающие Пламена, Архетипы да Архангелы. Это не те цвета, которые мы привыкли считать простыми восприятиями, но биохромы — Живые Цвета. И сам человек соткан из живых цветов, о чем знали древние, но о чем забыли мы. Человек — существо по природе своей светоносное!

Тайная миссия музыки

Во все времена музыка признавалась наиболее таинственным, загадочным и невообразимо тонким фактором развития живого. Музыка — это сама гармония, живая структура вибраций, откровение высшего мира грешной земле. Древние признавали, что именно музыка играла особую творческую роль в качестве управляющего фактора, позволявшего Магам и Посвященным осуществлять духовное водительство среди людей.
Современная цивилизация в принципе профанична. Основным постулатом жизни сегодняшних землян является признание прочной механической зависимости тонкого от плотного, внутреннего от внешнего, духовного от вещественного. Даже сама дихотомия «Горнее-Дольнее» измышлена как оправдание самоценности жизни в миру и своего рода параллельности жизни небесной и мирской.
Сегодняшние жрецы (ученые, музыковеды, правители) — крайние прагматики. Идеал для них — не живая сущность, но абстрактная цель. Духовные максимы — не «воздух сердца», не кристаллы божественной благодати, но некая романтическая абстракция, без которой в определенном смысле можно и обойтись. Действительность ими понимается как нечто механическое, как то, чем можно и должно управлять, хотя бы даже считаясь с законами этой самой реальности.
Эзотерики всегда считали, что «Вначале было Слово». Мир порожден высшими вибрациями, жизнь земная питается токами космическими, плотная действительность есть слепок и отражение высшей реальности. Не имеющий опыта духовных исследований человек не в состоянии убедиться в достоверности этой истины.
Однако она утверждалась всеми учителями и пророками, мудрецами и магами. Во всяком случае, приняв обратный эзотерическому постулат и пойдя по пути развития техносферы, человечество утеряло нечто, без чего жизнь людей попросту невозможна.
Широко распространенная точка зрения музыковедов на последовательность смены «музыкальных формаций» приблизительно такова: музыка является отражением происходящих в обществе изменений, она как бы следует за ними, копирует то, что уже произошло в экономике и политике. Музыка идет вслед за жизнью социума, в хрональном плане являясь скорее артефактом происходящих изменений, нежели фактором, существенно влияющим на сам ход мирового процесса.
Эзотерики всегда считали, что музыка появляется задолго до прихода в мир плотный тех или иных внешних изменений жизни. Они настаивали на том, что музыка не столько предвосхищает те или иные общественно-политические и социокультурные сдвиги, сколько формирует их, вызывает к жизни, как бы катализируя процессы развития народов и цивилизаций.
Появление новых музыкальных концепций, идей и систем фактически является откровением миру, дарованным через того или иного музыканта-пророка. Фактически Творящий Логос есть не что иное, как совокупность созидательных вибраций, кои и слышны, и воспринимаются, и осознаются людьми как музыкальные произведения: «Добрый день Бог, — говорит Бах. Добрый день, Бах, — говорит Бог» (А. Галич). Музыка — это первая ласточка всех изменений в жизни общества. Будучи проведена на землю гением, будучи закреплена в рамках музыкальной традиции, ширясь и разливаясь среди людей, она подготавливает их подсознание к непростому процессу восприятия нового, какой бы сферы жизни человеческой это новое ни касалось.
Творящая свирель Кришны, арфы Небожителей, лира Орфея и свирель Пана — все это образы несущихся на землю творящих вибраций, вибраций Логосной музыки. А кто, где и когда воспримет эти вибрации и, осененный вдохновением свыше, сядет за инструмент и породит музыкальное новое, — этим занимаются те же маги и посвященные, действующие пусть незримо, но неотступно и реально, посылая поверх Пространства нужные токи наиболее восприимчивым людям.
Для того чтобы убедиться в достоверности излагаемой позиции, необходимо лишь сравнить ритмы возникновения в Европе различных музыкальных школ, направлений и систем с ритмами экономических, политических и культурных сдвигов. По предварительным наблюдениям оказывается, что музыкальный гений приходит на землю, точнее, принимается за «работу» лет за 30-50 до наступления крупных сдвигов в сознании отдельных народов.
Возможно, подобного рода исследование помогло бы осознать и деятелям культуры, и политикам, и руководителям средств массовой информации ту фантастическую роль, какую музыка играет в управлении процессами общественного развития. Возможно, тогда иначе была бы понята китайская поговорка: «Разрушение любого государства начинается именно с разрушения его музыки. Не имеющий чистой и светлой музыки народ обречен на вырождение».
Несколько практических советов, касающихся проведения сеансов мелотерапии.
1. При выборе исцеляющей музыки (как для другого человека, так и для самого себя) очень важно отбирать именно «свое влияние», то есть не только конституционально близкую конкретному организму музыку, но именно подходящую к текущему моменту целебного влияния. Для этого необходимо настраиваться на тонкий голос собственных наитий и уметь прослушивать мелодии не ушами и не мозгом даже, но воистину всем телом, используя собственный организм в качестве диагностического резонатора. Специалистам ведомо, что эффективность лечебного воздействия симфонических резонансов целиком зависит от точности нахождения глубинного соответствия между многочисленными характеристиками избираемой для гармонизирующего влияния музыки и своеобразнейшим состоянием исцеляемого организма. В данном случае, необходимо учитывать феномен психобиологического предпочтения, описанный нами в разделе о лечебном могуществе цвета. В форме музыкального воздействия исцеляемый организм должно поступать именно то влияние, в котором он нуждается. Организм в буквальном смысле слова питается музыкальными вибрациями — не только настраивается, но и кормится: напитывается, пополняет утраченные запасы психической энергии, необходимой для восстановления и поддержания информационно-энергетического гомеостаза. Если же музыка подобрана неправильно, то в лучшем случае лечебный сеанс окажется бесполезным, а в худшем может принести немалый вред. Мало кто сегодня осознает подлинное могущество вибраций, будь то ароматические или цветовые, музыкальные или мысленные. Библейское повествование о трубах, разрушивших стены Иерихона, фактически является метафорой, указывающей на всемогущество резонансов. Не забудем, что всякое лекарство может при определенном стечении обстоятельств и надлежащих условиях превратиться в яд. Недаром практически все народы сохранили не только предания о волшебниках-песнярах, подобных Орфею, но и могущественных колдунах, звуки свирели которых были способны убивать.
2. При восприятии лечебного музыкального воздействия недостаточно одного лишь расслабления, пусть даже достигающего глубочайшего уровня «пустотности сознания». Важнейшая заповедь эзотерической медицины гласит: «всякое целебное влияние должно быть воспринято, переработано и усвоено в полном и ясном сознании». В терминологическом арсенале мастеров Раджа-Йоги присутствует загадочное слово «Бхава». Оно означает то чувство, внутреннее представление, глубинное переживание, которое резонансно возникает во внутреннем психическом пространстве человека, испытывающего то или иное влияние извне. Довольно таки непросто вне передачи личного опыта разъяснить психофизиологическое существо процесса концентрации на Бхава. При созерцании цветущего розового куста в глубинах нашего существа пробуждается некая дремавшая до этого «цветущая розовокустость». Приближающийся к нам милиционер, имеющий право оштрафовать нас за переход улицы в неположенном месте, автоматически возбуждает в нас ни с чем не сравнимое ощущение «милиционерности» и «улицевиноватости». Те, кто хотят подробнее разобраться с феноменом Бхава, могут обратиться к феноменологической практике Э. Гуссерля или приняться за освоение простейших психотехник в рамках курса Трансцендентальной Медитации. Опытный целитель, всегда являющийся мастером-наставником, знает секреты содействия скорейшего обучения пациента правильному сосредоточению на Бхава. Если угодно, поток целебного влияния разбивается о стену сопротивления, которую выстраивает угнездившаяся в организме болезнь из элементарного стремления к самосохранению. Но отыскание в собственных глубинах своего рода «уголька» нового переживания, качественно соответствующего лечебному воздействию, и раздувания его в пылающий костер переполненности чувствами, подпитываемыми извне, превращает человеческий организм не просто в нечто открытое желанным влияниям, но как бы вдыхающее их, всасывающее, зовущее, манящее и приглашающее. Понятно, что при правильной концентрации на Бхава эффективность целебного воздействия возрастает на порядки. В большинстве случаев вполне обоснованный скепсис современных эскулапов, ни во что не ставящих целебные возможности мелотерапии, связан вовсе не со слабостью целебных вибраций, но с отсутствием у современников (как у врачей, так и у их пациентов) элементарной психологической культуры и, если угодно, с банальной психоэмоциональной тупостью и детренированностью высших психологических функций, одним из ценнейших проявлений которых является способность к сознательному сосредоточению на собственных внутренних переживаниях.
3. Как и все живое, организм человека склонен привыкать ко всему хорошему. Если лечебная мелодия подобрана правильно и целителю удалось помочь пациенту сконцентрироваться на Бхава и глубоко пережить лечебное воздействие, то необходимо использовать эту благополучную ситуацию для создания своего рода психологической закладки или, как выражаются специалисты в области нейро-лингвистического программирования, для «установки якоря». Как благодаря закладке мы в любое время сможем быстро и безошибочно открыть книгу в нужном для нас месте, точно так же благодаря психофизиологическому якорю человек в состоянии без особых усилий достаточно полно восстановить то психоэнергетическое состояние, в котором он находился во время пикового переживания целостного слияния с потоком музыки. В качестве «закладки» может быть использован любой внешний или внутренний символ, а также различные «телесные знаки». Любая фраза, фотография, простейший геометрический символ, мелодия, цвет, комбинация пальцев рук, то или иное выражение лица либо всякое внутреннее представление могут быть ассоциативно связаны с состоянием глубочайшего благополучия, хотя бы однажды достигнутого в ходе сеанса мелотерапии. Просто в момент наивысшего переживания необходимо несколько раз связать его с тем или иным символьным показателем. В дальнейшем, пусть даже неглубоко расслабившись и активировав «якорный магнит», мы можем без особого труда восстановить когда-то имевшее место в прошлом благодатное переживание чуда психосоматической целостности, вызванного музыкой и сознательно воспринятого нами. Эти состояния, вызываемые с помощью вышеописанных закладок, являются важнейшим личностным ресурсом. Не забудем, что активизация того или иного якоря восстанавливает не только ментальные и эмоциональные переживания, но и кооперативно трансформирует всю психоэнергетическую систему организма, неизменно приводя к достаточно глубоким нейродинамическим, гормональным и метаболическим перестройкам в организме, Чем больше таких «закладок» имеет человек, тем большими возможностями к самовосстановлению и приспособлению к любым жизненным ситуациям он обладает. В конце концов, именно разработка широкого спектра специфических психоэнергетических состояний и овладение вызывающими их к жизни «закладками» являются важнейшим условием достижения подлинной автономии индивидуальности — фундамента свободы и источника действительного здоровья. Кстати, для того, чтобы регулярно оздоравливаться и осваивать процесс произвольной активизации определенных музыкально-энергетических состояний, всякому психологически культурному человеку надлежит обзавестись своего рода индивидуальной лечебной фонотекой, которая включит множество произведений, в совокупности своей составляющих музыкально-энергетический спектр реализации жизненных программ. Естественно, по мере развития личности эта сакральная фонотека будет последовательно развиваться вместе с развитием диапазона индивидуальных энергетических творческих стратегий.
4. Очень важно для усиления результативности мелотерапевтического воздействия научиться отправлять усваиваемое вибрационное влияние в определенные участки организма, в отдельные органы и энергоцентры. Концентрация уравновешенного сознания как бы сопровождает проведение звучания с поверхности тела в глубины тканей. При этом целесообразно проникнуться доверием к спонтанной мудрости собственного тела и позволить ему самопроизвольно сопровождать те или иные мелодические пассажи одному лишь ему ведомыми движениями. Эффект музыкального воздействия еще более усиливается, если сам клиент начинает подпевать и вторить тому вибрационному ряду, на зов которого отвлекаются все клеточки его организма. Подпевать или вторить (вслух или ментально).
5. По мере освоения возможностей музыкального целительства, к которому имеет смысл прибегать достаточно часто как к эффективному средству психогигиены и энергопрофилактики, необходимо развивать умение сочетать воспринимаемые гармоничные колебания с пением и танцем. Это — идеальная форма музыкальной терапии, в известном смысле слова жизненно необходимая каждому из нас в условиях хаотизированного и полуотравленного мира.
6. Очень ценно обновлять свое восприятие лечебных мелодий за счет сопоставления различных переживаний, которые можно осуществлять посредством ведения записей в «Дневнике самонаблюдения», нередко называемом «Личным психологическим журналом». В известном смысле чувственный опыт восприятия музыки телом должен быть освоен концептуально, приводя таким образом к саногенным трансформациям представлений и картины мира в целом. Кроме того, поэтизм и образность ведения записей, посвященных описанию тончайших оттенков психосоматического переживания чуда целебной музыки, могут служить высокоэффективными критериями оценки качества и глубины медитативного трезвения и бодрости сознания, развитие которых столь необходимо для максимального усвоения гармонических ритмопаттернов лечебных мелодий. Самой эффективной формой музыкальной терапии, с древнейших времен использовавшейся в эзотерических орденах и сакральных сообществах, является согласованное хоровое пение священных гимнов, сопровождаемое насыщением среды сознательно динамизируемой стихией, соответствующей специфике сезона и астрологических констелляций. Это действо может разворачиваться у огромного костра, в открытой степи, на берегу озера, у водопада или на вершине холма. Конечно, в данном случае речь идет уже не столько об исцелении самих людей, сколько о проведении им сквозь себя тонких энергопотоков, исцеляющих пространство целых регионов.

Исцеляющий танец (хореотерапия)

Что может быть выразительнее и содержательнее искрометного, текучего или взрывающегося страстями танца? Многие из тех, кто так или иначе прикоснулись к стихии танцевального действа, на всю жизнь запомнили его силу, сияние и жизнеупорядочивающую организованность. Однако мало кто из современников во всей полноте осознает исцеляющее могущество танца. А ведь древним был ведом целительный аспект танцевального искусства, о чем свидетельствует приравнивание в той же Индии мастеров танца к врачевателям.
Искусство танца удивительно тем, что в большинстве случаев пациенту, в общем-то, нет нужды вытанцовывать различные па. Сам танцующий словно присоединяет к себе психику и тело созерцающего танец и вынуждает его эфирное тело передвигаться в такт собственным движениям, словно ведет за собой, направляет и окрыляет.
Каждый из воплощенных людей по-своему талантлив и волен танцевать. Танец — это синтетический язык, на котором общается тело и дух. Рассудочно многие способны обманывать, но как говорил один из современных психотерапевтов, тело соврать не способно. Известный богомильский учитель Петр Донов называл человеческое тело всемогущим ключом ко всем проблемам, имея в виду не столько организмическую структуру, сколько динамику самовыражающейся в танце телесности. Современные психотерапевты, такие как Вильгельм Райх, Леонард Орр, Александр Лоуэн, Фриц Перлз и Станислав Гроф высоко ценили порой презираемое профанами тело, как сокровищницу духовного опыта. Парадоксальный учитель неоиндуизма Ошо непрестанно напоминал своим последователям об одном из главных человеческих грехов — о грехе забвения собственной воплощенности.
Организм есть целое не только в анатомо-функциональном, но и в динамически-пластическом смысле. Когда стихия танца овладевает телом человека, замедленная киносъемка удостоверяет всякого сомневающегося в том, что в каждый отдельный миг времени все части тела движутся по своим Дао-траекториям, из мига в миг сохраняя удивительную сбалансированность пропорций во взаимоотношениях друг с другом. Таким образом, танец представляет собой особого рода музыку, в которой один Дао-композиционный аккорд политической координации сменяет другой.
Известна исцеляющая сила так называемого спонтанного танца. Оставшись наедине с собой, закрывшись от глаз людских и обнажившись, включив соответствующую настроению музыку, исцеляемый предоставляет своему телу возможность двигаться самостоятельно. Поначалу отражающие наше внутреннее засорение и дисгармонии движения тела некоторое время остаются рваными, угловатыми и неровными, в полноте соответствуя нашей внутренней дезорганизованности. Но по мере овладения искусством спонтанного танца, движения тела становятся все плавнее и синтетичнее, с каждым часом, с каждым занятием принося все большее и большее наслаждение. Спонтанный танец — это не только опыт свободы от самопринуждения, но и немалый внутренний труд. Помните — «ты достигнешь совершенства лишь тогда, когда перестанешь думать о белой обезьяне». Для того, чтобы преодолеть сопротивление привычных, неадекватных реальности стереотипов, необходимо со временем суметь опереться на внутренний творческий взрыв, к которому способен каждый из нас. Тогда мало-помалу и достигается состояние, которое гениально танцующий Мариус Лиепа определял так: «Мозг танцует, а тело думает». Вот она, подлинная синтетичность самовыражения. Да еще голос начинает звучать, радостно сопровождая высвобождающие душевные силы движения тела, начинается особый танец энергоцентров и силовых каналов организма. Тело словно впитывает музыку и ритм, непосредственно резонируя им в своих движениях. Таковы шаманские танцы. Таковы динамические медитации вертящихся дервишей, экстатически погруженных в зикр. Такой танец, будучи сотворенным поначалу с некоторым душевным усилием, оказывается своего рода динамической версией упражнений Ци-гун и Хатха-Йоги.
Разумеется, хореотерапия не ограничивается возможностями спонтанных танцев, доступных каждому из нас и развивающихся по мере нарастания опыта индивидуальной практики. Существует и кажущийся противоположным спонтанному, так называемый магически организованный танец. Он весь пронизан дисциплиной и в чем-то подобен танцу растущего кристалла или пляске развивающегося дерева. Магический танец совершается в определенные дни, в определенном месте при условии обязательной ориентации по сторонам света, он неизменно требует присутствия Учителя и всегда является результатом длительной и весьма суровой подготовки. Существует и так называемый недвижимый танец. Существует танец подражания стихиям или другим существам, танец воспоминаний и танец выстраивания будущего. Много их, исцеляющих танцев. Но принцип остается един: душевные корни болезни могут быть обнаружены и извлечены именно посредством предоставления психике возможности высказаться посредством организуемых музыкой движений. Тогда исчезает молотилка словес, тогда тело оказывается своего рода зеркалом, отражающим истинные наполнения глубин человеческого духа. Ну а каков сам человек — таков и его танец. Хореотерапевт ведет нас от нестройных и хаотичных движений к согласованной музыке священной пляски.

Ароматерапия

Известно, что ароматические эфирные масла во все времена рассматривались знатоками священных смыслов природы в качестве высшей живой субстанции наикрасивейших всплесков жизни растительного царства — цветов. Ароматы являются квинтэссенцией жизнетворческих сил царства растений, непосредственно связующей фундамент физической телесности с организованными полевыми структурами эфирного плана.
Психофизиологам известно, что восприятие ароматов является вторым по древности каналом восприятия ощущения после осязательного. Потому-то воздействие ароматами столь глубинно и неотвратимо. Исследования последних лет доказали неоспоримую роль, которую играют в общении так называемые ферромоны (сигнальных управляющих настроением и самочувствием летучих веществ, присутствие которых в воздухе совершенно не осознается человеком, однако оказывает мощнейшее влияние на весь комплекс неосознаваемых физических реакций на присутствие другого человека).
Нейрофизиологам известно, что мозговой отдел обонятельного анализатора непосредственно связан с древнейшими центрами мозга, отсюда неотвратимость влияния ароматов на состояние организма, которое нелегко не только блокировать, но даже попросту зарегистрировать.
В древности целители использовали не только концентрированные благовония и эфирные масла очищенных цветочных нектаров, но и так называемые «живые запахи», источаемые вполне благополучными и способными растениями. Один из методов заключался в совмещении физиологически наводимого транса, организованного музыкального воздействия и тонкого влияния ароматов цветущего куста черемухи или вишни. Исцеляемый удобно размещался в гамаке-люльке, а раскачивающий его целитель распевал загадочные священные напевы. Само по себе раскачивание погружало исцеляемого в глубокий транс, в котором и его психика, и его тело максимально открывались гармоничным воздействиям. Иногда в эту люльку клали охапки свежескошенной травы, порой прямо перед гамаком возжигали костер, на угли которого время от времени насыпали то или иное благовоние.
Ароматерапии посвящено немало монографий современных холистических целителей. Нет смысла останавливаться на этом вопросе отдельно, так как ароматерапия представляет собой обширнейшую область натуропатии и является одним из наиболее загадочных методов эзотерического целительства, который может использоваться не только для достижения телесного благополучия, но и для глубинной гармонизации взаимоотношений с ближними и событийных потоков. Мы лишь перечислим ряд наиболее мощных индукторов ароматического воздействия и некоторые из применяемых в ароматерапии приемов генерации благоуханий.
Наиболее популярными ароматическими средствами являются следующие: аир, роза, мята, лимон, мелисса, эвкалипт, канифоль, лаванда, гвоздика, алоэ, валериан, сосна, мускус, гордения, лотос, сандал, амбра, жасмин, розмарин, корица. Мы вполне сознательно избегаем описания психосоматических эффектов, вызываемом в каждом из указанных ароматов, потому что в разное время у различных индивидуумов, находящихся в разных состояниях, ароматы эти оказывают совершенно различные влияния, которые невозможно описать ни в каком пособии фармакопеи. Разобраться в тонкостях ароматических влияний и соотнести их с конкретикой состояния того или иного индивидуума способен лишь многоопытный ароматерапевт. Мы же можем лишь посоветовать каждому обзавестись собственным набором любимых ароматов и духов, предоставляя таким образом самому себе возможность в случае необходимости укрепления и улучшения самочувствия обратиться к ароматерапии как к вспомогательному средству. Способ выбора необходимого в конкретный момент ароматического препарата предельно прост: как и в случаях хромотерапии и мелотерапии, он основан на использовании феномена спонтанного предпочтения. Лишь опытный ароматерапевт обладает знаниями и опытом, достаточными для выбора лечебного запаха на основе комплексного анализа специфики приведших к заболеванию психоэтических проблем, особенностей астрологической транзитной карты и уровня духовно-эволюционного развития. При самостоятельном же использовании ароматов в качестве поддерживающих психофизическую гармонию и укрепляющих личностную энергетику средств можно опираться на безошибочный критерий «нравится — не нравится». При достаточно внимательном отношении к собственным ощущениям ошибиться практически невозможно.
Воздействие ароматов в немалой степени зависит не только от их взаимного сочетания и соответствия уникальности ситуации, конституции и состоянию индивидуума, но и от способа применения ароматов в лечебных целях. Эфирные масла могут быть помещены у изголовья спящего человека, а могут быть приняты внутрь в виде чаев или будучи растворенными в сливочном или растительном масле. Ароматические масла могут применяться в качестве духов или одеколонов, могут воскуриваться или возгоняться, использоваться в качестве опрыскиваний или посредством втирания в кожу. Очень тонкими, но трудноосуществимыми являются использование цветущих садов, грамотно сконструированных цветочных клумб или размещение живых источников запаха в ладанке, размещаемой у сердца или у пояса исцеляемого. Так или иначе, конкретную форму ароматического воздействия должен избирать сам терапевт. В быту же рекомендуется использовать ароматические препараты при сосредоточенном вдыхании эфирных масел, либо с использованием возжигаемых благовоний.

Кристаллотерапия

Самоцветы недаром почитались во все времена как элита минерального царства. Они являют собой образцы высочайшей организованности, представляют своего рода вместилища гармонических пропорций. Эта волнующая чудесность кристаллов известна всякому человеку, интересовавшемуся кристаллографией или ювелирным искусством. Благодаря присущей кристаллам математической стройности, они во все века почитались как аккумуляторы особых разнокачественных энергий и фокусаторы всевозможных влияний и воздействий. Известное всем увеличительное стекло, позволяющее сфокусировать ровный поток солнечных лучей до такой степени, что он без труда прожигает даже металл, — лишь жалкая пародия на природные кристаллы, если иметь в виду степень организованности. Эзотерики древности нередко использовали кристаллы в качестве так называемых терафимов — особых магических приспособлений, позволяющих психометрически точно фиксировать необходимое воздействие, скажем, обучающее, лечебное или вредоносное. Процедура такого рода записи энергоинформации на кристалл во многом аналогична процессу импринтинга — «впечатывания» информации в регулирующие функциональные системы человеческого мозга. Психологами феномен импринтинга изучен достаточно хорошо, однако мало кому из ученых приходит в голову, что импринтиг является общеприродным феноменом и повсеместно реализуется за пределами человеческого царства. Правда, запись колоссальных массивов информации на кристаллах успешно используется в современной электронной промышленности. Осталось лишь осознать тот очевидный факт, что генератором такого рода записывания является в первую очередь сам человек.
Кристаллы представляют собой своего рода катализаторы, способствующие процессам спонтанного нарастания специфической упорядоченности в связанных с ними системах. Кристаллы способны не только переизлучать, но усиливать и трансформировать воспринимаемые ими волны высокой гармонии. Всем со школьной скамьи хорошо известен химический опыт выращивания крупных кристаллов хромокалиевых квасцов или поваренной соли. В перенасыщенный раствор соответствующей соли помещается малюсенький семенной кристаллик, который вызывает каскадную реакцию присоединения родственных молекул в полном согласии с его кристаллической геометрологикой. Эта аналогия позволяет понять негэнтропийную каталитическую функцию кристаллов, более всего очевидную при взаимодействии с живыми объектами. В синергетическом смысле живая среда аналогична перенасыщенному раствору соли — она чревата процессами самоорганизации, она стремится к самоупорядочиванию и самовыстраиванию. Но для того, чтобы привести в действие каскадные процессы возрастания организованности, необходим инициирующий эти процессы катализатор, в качестве какового и выступает тот или иной кристалл. Разумеется, его катализирующее влияние на процессы самоорганизации весьма и весьма специфично и математически точно связано с пропорциями его кристаллической решетки. Можно сказать, что биосреда непрестанно пребывает на распутье — перед нею открыты множество путей саморазвертывания организационных процессов. Каков будет кристалл — таким путем биосистема и станет наращивать собственную упорядоченность. Потому-то древние столь высоко почитали самоцветы и ценили их пропорционально ограненные формы, именуя драгоценные камни цветами минерального царства, музыкой цвета и застывшими ароматами.
Итак, трансформационная потенция кристаллов существенно зависит от их химического состава, цвета, формы огранки и некоей личной истории, начинающейся обычно в момент первой художественной отделки самоцвета. Эзотерическим целителям прошлого были ведомы так называемые самоцветные прописи, по рецептам которых ювелиры-врачеватели изготавливали лечебные камни со вполне прогнозируемыми эффектами животворящего воздействия. Это искусство было ведомо лишь немногим целителям, состоявшим на службе властителей больших государств. Традиционно владыка понимался эзотериками как «светоч пространства» и «столп истины». Он служил своего рода мостом, связующим управляемый им народ с руководителями небесных иерархий. Кристаллы же являются мощными резонаторами, предоставляющими связанному с ними человеку возможность прямого взаимодействия с космическими астрохимическими потоками. Созидание для владык такого рода жизнетворческих посредников между небом и землей исстари почиталось как величайшее из эзотерических действ. Разумеется, сегодня о такого рода «государственно-организующей» и «космопланетарной» функции кристаллов профаны от науки и слышать не хотят, но это еще вовсе не означает того, что тайны сакральной кристаллотерапии окончательной исчезли.
Роль самоцветов в оздоровлении организма можно выразительно продемонстрировать с помощью простейшей радиоэлектронной аналогии. Что с точки зрения химика представляет собой, к примеру, супергетеродин? Довольно сложный набор медных проводков различного диаметра, кучу изолирующего материала, капельки оловянного припоя и десяток-другой кристаллов, входящих в состав узловых элементов схемы устройства. Кристаллики эти малы, однако сочетаются они со всеми этими проводками и друг с другом столь замысловатым образом, что движение по ним электрического тока в конечном счете предоставляет возможность человеку наслаждаться телевизионной версией симфонического концерта, который был записан много лет назад далеко от его дома.
Так и кристаллы, будучи погруженными в биоэфирную энергоструктуру (ауру) человека, можно уподобить диодам, транзисторам и тиристорам, размещаемым в соответствии с канонами радиоэлектронной инженерии в нужном месте сложно дифференцированной энергоструктуры человеческого организма. Гармонические резонаторы кристаллов, изощренно и тщательно подбираемые высокочувствительным и интуитивно грамотным врачевателем, намеренно размещаются в своего рода опорных вибрационных узлах ауральной матрицы человека. От соответствия живой силы камня характеру индивидуальности исцеляемого и при точном обосновании места его локализации всецело зависит искомый терапевтический эффект. Нередко целители использовали кристаллы, размещаемые ими на собственном теле для усиления перцепторных или индукционных способностей, но все же для оказания продолжительного оздоравливающего, поддерживающего и развивающего воздействия необходимые камни рассчитанно «монтировались» в соответствующее украшение, принадлежащее терапевтируемому лицу. Ими могли оказаться кольцо, диадема, скипетр, браслет или корона. При этом важна была не только индивидуально производимая огранка самоцвета, но и его особенная связь как с художественной формой оправы, так и с ее металлическим составом. Будучи вооруженным такого рода аккумуляторами, усилителями и трансляторами, властитель оказывался способным успешно связываться как с дольним миром своего народа, так и с горним миром своих покровителей.
Возможно, кому-то подобный экскурс в историю сакральной кристаллотерапии покажется сказочно неправдоподобным или обезоруживающе незавершенным. Просто хотелось разъяснить самый масштаб всех тех проблем и сложностей, с которыми связано использование кристаллов в целительстве. Банальные прописи вроде «аметист помогает избавиться от пьянства» ограничивают возможности исследования горизонтов подлинного могущества кристаллотерапии. Кстати сказать, аметист попросту использовался древними эллинами для контроля над степенью разбавления вина водой. Этим он обязан своему цвету. На деле же даже небольшой, но правильно ограненный аметист, расположенный на теле человека в нужном месте, предоставляет возможность в кратчайшие сроки и без особых затруднений освоить бесценное искусство сознательно управляемого сновидчества. Автор попросту хотел напомнить о том, что широкий круг вопросов, связанных с кристаллотерапией, еще даже не обозначен в полной мере, не говоря уже о его глубине исследованности. Сегодня кристаллотерапия нуждается не столько в широком внедрении полуфельдшерских профанных рекомендаций, сколько в добросовестном углубленном исследовании.

Дендротерапия

Эзотерики вполне обоснованно именуют деревья старшими братьями человечества. Определение это значимо во многих смыслах, но, прежде всего, оно указывает на особый характер духовных эманаций, излучаемых деревьями, в присутствии которых в атмосфере жизненно нуждается каждый землянин. Дерево — это существо цветущее и плодоносящее, водить дружбу с которым почитает за высокую честь всякий истинно разумный человек. Мирское название святителей кельтской цивилизации вообще впрямую связывалось с почитанием деревьев. Их так и называли — друиды. Друидам были ведомы высокие тайны лесов, суть которых современник не только не в состоянии вместить, но даже вряд ли способен уловить. Друиды исповедовали особую философию сотрудничества людей и деревьев, для конкретизации которого ими была разработана даже особая зодиакальная типология. Кстати, всякий из великих учителей прошлого биографически и легендарно непременно был связан с теми или иными деревьями. Общеизвестная притча о медитирующем у подножия дерева Бодхи Гаутаме — непосредственное указание как на буквальное, так и на эзотерическое значение деревьев в развитии человеческой цивилизации. Все мифологические системы прошлого словно осью пронизаны архетипическим представлением о миросвязующей функции Мирового Древа. Тем самым дерево метафорически конституируется в качестве центра мироздания. Во всяком случае, это справедливо для антропокосмоса. В книгах Учения Живой Этики содержится немалое число указаний на особую планетарную роль деревьев. Фактически они представляют собой чувствительнейшие органы восприятия, вбирающие в себя пространственные токи дальних миров, трансформирующие их и передающие посредством корневой системы непосредственно в организм Геи, позже распределяющей дар вселенной среди своих отпрысков.
Почитание деревьев в прошлом было укоренено в сакральном представлении об особой форме сознания — дендросознании. Дерево погружено в питающую его почву, чем укрепляется и утверждается в связи со своими истоками. Дерево устремлено ввысь и раскинуто вширь, тем самым посредством себя самого предоставляя земле возможность приблизиться к небесам. Вокруг себя древесное существо распространяет общеполезный кислород и сотканные из влаги, углекислоты и солнечного света питающие вещества. Мощный ствол дерева неслышно гудит, напряженный непрекращающимся восходящим потоком соков, воспринятых от земли. С кроны же ежесезонно опадают драгоценные дары неба — листва и плоды. Именно так воспринимали мистерию существования древесного организма друиды-эзотерики. Именно так обязан воспринимать чудо возможности исцеления тот, кто обращается за врачевательным пособием к древесному существу. Потому-то деревья и имели в далеком прошлом имена собственные — они почитались как индивидуальные сознательные организмы, собеседование и сотрудничество с которыми осуществлялось с уважением, малопонятным современникам. Ушли в прошлое ритуальные рощи, забыты имена священных деревьев, пусть даже то здесь, то там и возвышающихся над плоскостью земной. Однако в глубинах людских сердец, противостоя разрушающему потоку технократических профанаций, жива память о священных достоинствах деревьев-друзей. Отсюда — такая любовь к выстраиванию оранжерей и ботанических садов, отсюда такое стремление бережно взрастить плодовый сад, посадить на память о событии деревце и защитить леса Амазонки от хищнических вырубок жадных вандалов.
Каждому дереву присуща своя особенная магия геометрии, посредством которой сама целостная фигура дерева настраивающе резонирует с кровеносной, лимфатической и нервной сетями человека. Формы дендротерапии могут быть самыми разными. Это и принятие определенных асан в живом пространстве дерева, совпадающем по площади с проекцией границ кроны. Это и объятия древесного ствола — в зависимости от характера устанавливаемых с деревом терапевтических энергоотношений, лицом или спиной, стоя в полный рост или на коленях. Это и возможности применения спилов и плашек деревьев, даровавших себя на помощь людям. Прием пищи рядом с деревом, встреча рассветов и закатов с распеванием смыслоорганизующих мелодий, применение особых техник дыхания, сопровождаемых визуализацией вполне определенных янтрических образов, и многое-многое другое. Дендротерапевтом может стать далеко не каждый. Помимо огромного профессионального опыта и немалой осведомленности в различных сферах практического целительства, такой человек должен от рождения установить особую мистическую связь с царством деревьев, можно сказать, должен быть избран представителями древесного сообщества в качестве сакрального посредника между древокосмосом и миром людей. Сегодня таких дендротерапевтов на планете осталось до обидного мало. Но это вовсе не значит, что дендротерапия утрачена для людей. К ней может обратиться всякий, решительно отринувший примитивнейшие газетные рецепты вроде «дуб укрепляет, а тополь охлаждает». Он должен решиться на самостоятельное исследование подлинных индивидуальностей приглянувшихся ему древесных существ. Он должен терпеливо и сдержанно войти в мир деревьев и научиться в нем ориентироваться. Он должен установить глубоко личные, если не сказать интимные отношения со знакомыми ему деревьями. Если все это случится — они сами со временем начнут поддерживать его, исцелять и даже обучать тому, что неведомо мирянам, пребывающим за пределами древесного королевства. Как отыскать таких древесных целителей и наставников? Правило одно для всех форм развития — руководствуясь собственной интуицией. Иными словами, выбирать нужно не умом, но именно сердцем. Выбирать то дерево, которое по каким-то неизвестным разуму причинам вдруг очень понравится. Значит, оно именно ваше. Значит, именно с ним вам предстоит вести долгие медитативные беседы и обучаться искусству развития здоровья. А все потому, что все гармоничное и красивое всегда оказывается наиболее биоактивным и жизнесозидающим!

Флоротерапия

Издревле известно — «на всякую хворь свое зелье вырастает». Но особенно мощным целительное зелье это становится в период цветения — это известно всякому фитотерапевту. Расцветание — гимн экстаза растения, в котором сила аромата и соки цвета соединяются с трепетом живых энергий. Всякий расцветший бутон одаривает окружение спектром жизненесущих фитонцидов, разнося вокруг мощные излучения и ароматы.
Знатокам известно, то всякий цветок оказывает сугубо синтетическое воздействие. Оно обусловлено не только ароматом и цветом, но и тончайшей формой цветка, излучающей биорезонасы в соответствии с собственными пропорциями, в основу которых положено «золотое сечение». Более того, бионически большинство цветов подобны антеннам радиотелескопов, настраивающимся на вполне определенные участки небосвода, что позволяет цветам даже в яркий солнечный день собирать живые энергии далеких звезд и организовывать в соответствии с ними свои целительные излучения.
Ученые выяснили, что растения обладают высочайшей чувствительностью. Причем особенно чутко они реагируют именно на присутствие конкретных людей. Биофизикам хорошо известен так называемый «феномен Бакстера», суть которого сводится к существованию прямой резонансной связи между человеком и растением. Понятно, что в период цветения, как и в период прорастания зерна, растения оказываются наиболее чувствительны к людским реакциям и мыслям. Цветы нельзя срезать, хотя лишь очень чувствительные люди способны услышать крик цветка о помощи. Праздничное цветение комнатных растений обеспечивает мощную энергозащиту жилища. Цветы не только вбирают в себя миазмы человеческих угнетений и раздражений, быстро приучаясь к энергетической специфике человека, живущего в доме. Цветы растут в доме как биоиндикаторы, по состоянию которых можно судить о качестве благополучия психоэмоциональной атмосферы жилища и о защитных свойствах создаваемой людьми и растениями ауры помещений.
Возможно, в недалеком будущем возродится своего рода оздоровительное цветоводство. Вновь будет открыто искусство составления лечебных клумб и будут уточнены условия целительных медитаций на глубинных качествах, присущих конкретному цветку. Главное, что должен осознать флоротерапевт, так это то, что красота сама по себе является причиннейшим из лекарств, особенно если речь идет о красоте живой.

Зоотерапия

Многие считают, что лечебное использование животных ограничено рамками пчелиного царства (апитерапия) и лечебных пиявок (герудотерапия). Однако это далеко не так. Конечно, в различных медицинских традициях очень широко использовались органы и секреты самых разных зверей и птиц, насекомых и членистоногих, моллюсков и ракообразных. Но в данном случае речь пойдет не об этом.
Известно издревле привлечение храмовых змей для участия в ритуалах исцеления. В нужный момент, под бой барабанов качающаяся в романтическом облаке благовоний, змея непредсказуемо наносила удар в то или иное место пациента, пережив который, в дальнейшем последний чудесным образом выздоравливал. Все дело в том, что большинство животных обладает воздействием на человека, соответствующем уровню его организации. Известно, что средневековый философ Яков Беме без труда понимал язык птиц, регулярно слетавшихся к нему поболтать. Вспомните медведей — помощников Сергия Радонежского, весть о разумности и дружелюбии которых донесли до нашего времени не легендарные предания. Биоэнерготерапевт А. Сафонов неоднократно проделывал опыты, в ходе которых ему удавалось устанавливать содержательные телепатические связи с дельфинами, в том числе и на большом расстоянии. Оказывается, всякий здравомыслящий дрессировщик после долгих лет работы со зверьем на собственном опыте убеждается в том, что всякому животному присущ в той или иной степени разум.
Магам известно, что панцирь живой черепахи проявляет особые биорезонансные свойства, позволяющие не только заниматься парапсихическими фокусами, но и усиливать способность человека настраиваться на искомые им оздоравливающие влияния живой природы. Мы в гордыне своей забыли о том, что в школе природы являемся далеко не самыми выдающимися и уж во всяком случае, не единственными учениками. Наша рассудочная самоуверенность и гневливое хищничество ни в какое сравнение не идут с естественным здравомыслием и доброжелательной законностью, от рождения присущими всякому животному.
К своей работе эзотерические зоотерапевты привлекают самых различных существ. Певчие птицы, змеи, кошки, лошади и собаки — все они обладают собственными неповторимыми излучениями и в большинстве случаев весьма охотно вступают с человеком в танец взаимной алхимии. Порой целительными оказываются даже живущие дома озабоченные хомячки, ручные крысы, попугайчики и аквариумные рыбки. Каждый из них воздействует по-своему. Однако воздействие это воспринимается лишь в том случае, если нам удалось установить с этим существом дружественное отношение, а значит отнестись к нему уважительно и стерпеться с его собственным характером. Тогда наша настроенность на лечение будет вознаграждена искренним желанием близкого существа помочь тому, от благополучия которого зависит сама его жизнь.
Испокон веков широко был распространен такой метод зоотерапии, как верховая езда на лошадях, оленях или верблюдах. Оказывается, животное, добровольно подчинившееся воле просящего об избавлении от недуга, по мере пересечения пространств начинает излучать особые дружественные токи, которые настраивают на гармонический лад нижние центры человека, воссоединяя его энергоструктуры с матушкой-Землей. Е.И. Рерих неоднократно указывала на волшебные психодиагностические дары лошадей и собак. Дары эти назывались ею Урунией — огненная чувствительность. Оказывается, псарни и конюшни, помимо охотничих и ездовых предназначений имели и особый охранительный смысл. Эти животные шарахались в сторону от дурного человека, сколь бы благостно он ни выглядел и сколь бы обаятельным он ни казался. А чего только стоят исцеляющие медитации, проводимые на пасеках близ музыкально гудящих ульев. До сих пор это средство почитается как одно из самых интенсивных в эзотерическом врачевании.
Возможно, в недалеком будущем люди вновь осознают необходимость воссоединения с животным миром, которое помимо прочих имеет и сугубо оздоровительный смысл. Возможно, тогда начнут создавать чистые, светлые и радужно прекрасные лечебные зоопарки, воспринимаемые не только чувствительными людьми, но и умудренными взрослыми как сокровищницы незаменимого спектра драгоценных живых энергий.

Ландшафтотерапия

Издревле люди стремились селиться лишь на целебных, биоконструктивно влияющих местах. Выявляли места эти с помощью самых различных методов — от повсеместно распространенного лозоходства до многодневного наблюдения за поведением животных и птиц в тех или иных местностях. В разных местах и травы растут по другому, и цветы распускаются по разному, даже ручьи журчат по особенному. Издревле известно, что биопозитивные местности обладают особой красотой и воздействуют на эмоциональное состояние человека неповторимо вдохновляюще.
Известно также, что прослеживаются загадочные связи между характером местности и нравами проживающего в ней населения. Этот психоэкологический факт всегда служил осью ориентации в выборе нового места жительства, в частности при больших миграциях и переселениях целых народов. Житель Центральной Африки характерологически отличен от проживающих на Памире горцев, которые в свою очередь существенно разнятся по характерам и обычаям с представителями коренного населения бассейна Амазонки. Люди связаны с почвой, питающей самую их жизнь. Верно также и обратное — культурные традиции, нравы и умонастроения людей могут самым существенным образом влиять на жизнеспособность населяемых ими местностей, влиять либо взращивающе и оздоравливая, либо истощая и разрушая.
Всякий горожанин, особенно приболевший и утративший душевное равновесие, в глубине души смутно ощущает страстное стремление очутиться на лоне природы. Как и любое другое желание, тяготение это законно и оправданно, ибо свидетельствует о неудовлетворенности одной из фундаментальнейших потребностей всякого живого существа — потребности симфонически соответствовать живому окружению.
Ландшафтотерапия родственна арабской геомантии и дальневосточному искусству Фэн-Шуй. Ландшафт как целостная локализованная экобиосистема обладает собственной геометрологикой и вибрационной специфичностью, посредством которых он творчески преобразует организованную динамику живых процессов в собственном пространстве. Любой человек, в таком пространстве оказавшийся и сумевший вписаться в него посредством активизации сознательного внимания, оказывается под спектрально всесторонним оздоравливающим, питающим и настраивающим влиянием целостного ландшафтного биополя. В этом и заключается волшебство ландшафтотерапии, в принципе не воспроизводимой в каких бы то ни было лабораторных условиях и не заменимой никакими сколь угодно сложными приборно-аппаратными воздействиями.
Джон Браун писал: «Научная достоверность определенного направления терапии далеко не всегда тесно связана с ее действительным успехом». Хотя существо ландшафтотерапии в целом понятно всякому непредубежденно мыслящему человеку, все же создание строгих математических моделей, описывающих и формально имитирующих симфоническое богатство различных взаимосочетающихся аспектов ландшафтотерапии, вряд ли возможно в сколько-нибудь обозримом будущем. Древние целители не занимались математическим моделированием и не изучали конструкции спектральных разложений записей голосов певчих птиц и мелодий журчащего ручья. Обладая особой чувствительностью, усердно пестуемой десятилетиями, после непродолжительной медитации они самими собой ощущали информационно-энергетические аппетиты пациента, и руководствуясь этими переживаниями его индивидуальности, отводили за руку в то или иное заветное место, охраняемое ими как целебное. В любой местности всякий тонко чувствующий человек достаточно быстро способен отыскать ландшафтные локусы, обладающие особенно мощным биопозитивным влиянием, параллельно выясняя характер специфичности такого рода воздействий. В чем-то процедура выявления «мест силы» аналогична интуитивной диагностике как индивидуальности пациента, так и отягощающих его жизнь заболеваний. Секретом такой диагностики является высокое развитие личности самого целителя.
Целебные ландшафтные площадки представляют собой своего рода живые магниты, привлекающие и накапливающие Благодать. На этих «участках жизни» синтетически сочетаются влияния всех стихий, теллурические потоки Геи и организующие вибрации животных и растений. Ландшафт как алтарь исцеления оказывает весьма устойчивое воздействие, специфика которого сохранялась долгими веками, пока не наступила эпоха глобальной экологической катастрофы. Естественно, качественные особенности лечебного воздействия ландшафта ритмически изменялись в зависимости от сезона, времени суток и погодных условий. Разумеется, для полноценного восприятия целебных токов, излучаемых живой целостностью ландшафта, необходимо было вписываться в его биоконтекст намеренно, руководствуясь в частности фигурами развертки собственного гороскопа и применяя те или иные медитативные техники, наиболее естественные как для характера ландшафта, так и для индивидуальности исцеляемого.
Многое из выше написанного сегодня покажется сказочным и мифическим. В известном смысле в отношении ландшафтотерапии так оно и есть. И проблема утраты целительных ландшафтных таинств связана не столько с утратой людьми должной чувствительности или прерыванием традиции наследования врачевательных искусств, сколько с массовым уничтожением самих ландшафтных храмов. К чему приведет в будущем непредсказуемая тотальная перестройка планетарной биосферы — об этом можно только гадать. Ясно только одно — в полной мере мастерство древних ландшафтотерапевтов сегодня востребованным быть не может. Правда, это не мешает каждому из нас побродить по лесам да по лугам, наслаждаясь пением птиц и вслушиваясь в шепот ручьев. Это не мешает нам подолгу наблюдать за течением небольшой реки или наслаждаться созерцанием дисциплинирующих волю скал. Взять хотя бы те же путешествия, которые можно рассматривать как своеобразную мелодию ландшафтолечения. Любой турпоход, если иметь в виду целебное значение оставшихся живыми ландшафтных биозон, может иметь решающее значение для преодоления кажущегося серьезным и неисцеляемым недуга.

Хлеботерапия

Целебное могущество зерна, согласно преданию, землянам известно еще со времен легендарной Атлантиды. Хлеб же представляет собой особым образом трасмутированное живое зерно, подвергшееся алхимизирующему влиянию огня и человеческих излучений. Интересны евангельские символы истинной пищи. Хлеб — разминаемый руками и виноград — разминаемый ногами. Таков амбивалентный ритуал, символизирующий воссоединение небесного и земного; ритуал, предусматривающий перемешивание энергий земли, человека и Солнца. Знатоки утверждают, что сколь бы качественным ни было мумие, его целительная сила достигает подлинной напряженности лишь в том случае, если в течение сорока дней сам врачеватель усердно разминает его руками, творя молитву, а ночью полагает в ладанку, находящуюся у самого сердца. Хлеб есть нечто исконно человеческое. Он представляет собой конгломерат всех живых энергий, являя союз всех четырех стихий. Хлеб как символ солнечного причастия является идеальной пищей, своего рода всеисцеляющей просвиркой, сам факт принятия которой запускает могучие процессы самоисцеления в организме.
Хлеб должен быть не просто мягким, свежим да горячим. Он, прежде всего, должен быть живым. А вот сообщение хлебу жизнедательности является священной обязанностью всякого хлебопека, рассматривающего себя не только как питателя, но и целителя. Очень многое в достижении высокого качества выпекаемого хлеба зависит от нравственной чистоты и умонастроения пекаря. Известно, что православные иконописцы, которым самим небом вверялось таинство созидания священных образов, жили особо правильной жизнью и приступали к священному живописанию, лишь достигнув высокого напряжения внутренней молитвы. Таковы и сакральные предписания, исполнение каковых вменялось в первейшую обязанность всякому хлебопеку. Понятно, что сегодняшние грохочущие машинами хлебозаводы вряд ли в состоянии произвести такого рода целебный хлеб.
Говорят — что хлеб всему голова. Однако его лечебные энергии должны восприниматься вполне сознательно как при принятии его в пищу, так и при использовании в качестве физиотерапевтического средства. Да-да, свежеиспеченный горячий хлеб при его аппликации на страдающий участок тела может согревать лучше парафина или озокерита. При этом он излучает столь чарующий питающий аромат, что фактически ничем равновеликим замещен быть не может.
Древним египтянам было хорошо известно, что очертания сферического сегмента, каковые придают форму подовому хлебу, представляют собой особого рода геометрический генератор консервирующих излучений, во многом напоминающих излучение четырехугольных пирамид. Понятно, что за долгие века люди наизобретали множество различных и ценных рецептов приготовления хлеба, различных во всем, от используемых пропорций зерна и лечебных трав и прочих составляющих ингредиентов до рекомендации придания тому или иному хлебу определенной формы. Понятно, что среди рецептов этих вырабатывались и особые — лечебные. Большинство из этих рецептов до сих пор остаются тайной, хранимой наследниками традиции эзотерического хлебопечения. Будущий пекарь воспитывался в особом духе и обучался особым искусствам, позволявшим ему обустраивать собственную жизнь в точном соответствии с миссиональной назначенностью его традиции. К некоторым из отголосков таких секретов можно отнести, к примеру, использование при выпечке хлеба различных дровяных добавок (кедр, можжевельник, березовые листья или цветы зверобоя). Рекомендовалось также следовать вполне определенным ритуалам, символически обозначавшим целебно-энергетическую специфику различных школ хлебопечения, рассматривавшихся как уникальные линии эзотерического наследования. Одним словом, у хлеба тайн много, как и целебного могущества.
В средней полосе России мы нередко мечтаем о заморских ананасах и киви, однако, попав в южные страны надолго, мы начинаем тосковать по сочным яблокам и ядреной картошке. Где бы ни находился человек, вне зависимости от кулинарно-ботанических особенностей региона его проживания, по настоящему он тоскует лишь об одном единственном — о хлебе.

Винолечение

Согласно легендам народов всей земли, виноградная лоза всегда рассматривалась в качестве особого высокого дара Богов. И дело тут вовсе не в алкоголе. Виноград вытягивает глубокими корнями тайные соки земли, проникает за горизонты подземных вод, несущих чистую влагу, обдуваем всеми ветрами и согреваем лучами Солнца. Таким образом, кисть винограда является гармоничным концентратом всех стихий, конденсирующим в себе высокие энергии Солнца, соединяющихся со множественным спектром редкоземельных элементов. Кстати, хорошо известно, что именно благодаря способности избирательно привлекать из почвы соли рубидия и цезия, многие красные вина являются замечательными радиопротекторами, то есть оказываются способны защищать хрупкое человеческое существо от наиболее хаотизирующего фактора среды — ионизирующего излучения. Повторяем, виноградные вина ценны вовсе не содержанием алкоголя, количество какового в них обычно чрезвычайно мало, но прежде всего спектром содержащихся в них веществ и энергий. Последние рассматриваются современными медицинскими экологами как совокупности биологически активных веществ (витаминов, микроэлементов, органических кислот и т.п.), вне присутствия которых и речи не может быть о полноценном развитии организма. Виноградное вино есть квинтэссенция этих самых лечебных биоактивных веществ. Оно биохимически гармонично, и в чем-то его химическая стройность близка строгости кристаллов и пропорциям музыкальных звучаний.
Целебное виноделие, как и лечебная кулинария в древности являлись высокими врачевательными искусствами, о глубине и многосложности которых современные фармакологи не имеют даже малейшего представления. А все потому, что грубость восприятий человеческих закономерно привела к повсеместному распространению крепких спиртных напитков — джинов, коньяков и водки, главным действующим началом которых является именно жизнеотрицающий алкоголь.
В мире существует несколько тысяч различных сортов винограда, из которых приготавливается соответствующее число видов вин. Большинство из них является целебными. Их действие весьма специфично и находится в точном соответствии как с условиями и местом взращивания определенных сортов винограда, так и с различными способами изготовления солнечного напитка. Понятно, что фактически речь идет о всеохватном диапазоне лечебного действия. Жаль, что определить специфику целебных качеств того или иного божественного напитка может лишь очень опытный и высоко чувствительный профессионал-винотерапевт.
В древности и средневековье употребление многих лекарственных средств предусматривало их обязательное растворение в том или ином вине, которое рассматривалось как живой проводник лекарства в организм человека. Вино питает и согревает, расслабляет и укрепляет, удаляет сор и освещает воображение. Заметьте, в этом смысле виноградное вино фактически эквивалентно целебной биоэнергии!

Всесилие массажа

Грамотно исполняемый танец массажа оказывается на деле в своей целебной мощи превосходящим всякое наложение рук, столь ныне популярное. Взаимодействие двух кожных покровов порождает особым образом организованный по зонам покровов тела и глубине залегания тканей поток тактильной информации. Известно, что кисти каждого из нас являются более или менее мощными генераторами эфирного биополя, что, в частности, используется в реализации искусства Рейки. Сочетание генерации тактильной информации с глубинным воздействием эфирных излучений кистей способствует ненасильственному, но весьма интенсивному и системному разгребанию всякого рода закупорок и динамизации всякого рода застоев, ликвидирует целые горы шлаков как в отдельных органах, так и в малюсеньких микрососудах. При этом массирующий, энергетически состоятельный, благодаря особому образу жизни умело концентрируется на теле исцеляемого, иногда добавляя к мощи сосредоточения всякого рода приговаривания, одному лишь ему знакомые лечебные напевы и включая на всю мощь эйдетическое воображение. И на такое системное воздействие даже самое усталое и заскорузлое тело радостно откликается. Медитативные навыки массирующего помогают ему не только интуитивно улавливать характер движений и места приложения энергии рук, но и глубоко проникать внутрь организма, допустившего лечебное воздействие. Погладить, коснуться, успокоить и взбодрить — и конструктивному переформированию мало-помалу начинает подвергаться все то, что находится как в плотном, так и в тонких телах пациентов.
Умело массирующему влиянию поддаются все без исключения заболевания, если использовать массаж достаточно длительно и с глубокой любовью. Особенно эффективно это лечебное действо в том случае, когда пациент намеренно обучен глубокому расслаблению тела, которое высвобождает энергии, необходимые для спокойного сосредоточения на даруемых массажистом ощущениях. Понятно, что при этом таинстве недостаточно лишь высокой развитости самого массажиста. Лечебный процесс должен организовываться в точном соответствии с хорошо изученной и профессионально понятой парной гороскопической картой, указывающей на особый характер энергетических отношений между двумя участниками целебного танца. Массажное действо самым непосредственным образом может рассматриваться как высокий ритуал, предписывающий присутствие целебной музыки и прекрасных ароматов. Перед сеансом и после него исцеляющий и пациент, садясь напротив друг друга, должны предаться глубокой парной медитации, настраивающей обоих на преодоление очередного этапа пути исцеления. Именно тогда массажные пассы эффективно динамизируют все биоэнергии двух организмов, перемешивая их для того, чтобы, став свободными, энергии эти могли самонастроиться в унисон лечебным резонансам Мироздания. Для исцеления народа потребуется целая армия массажистов; более того, массаж как оздоравливающее действие может проникнуть в каждую семью в форме взаимомассажа и войти в программы обучения в школы и ВУЗы. Никакие препараты и химические средства не в силах заменить живого воздействия теплых человеческих рук. В конце концов, массаж — это попросту очень приятно. Музыкально сгармонизированный массаж ведет к накоплению опыта доброго наслаждения, об обретении которого втайне мечтает каждый.
вверх