Акварун: сайт интегрального человековедения. Астрология, психология, целительство, педагогика, мантика.

Глава 3
Петля технократической иллюзии

Как же происходило формирование технократической медицины современности? Приведенный выше экскурс в историю медицины позволяет отметить единство всех медиков древности в самом подходе к изучению явлений жизнедеятельности организма в их теснейшей причинной связи с жизнью всего того, что окружает человека. Налицо единство методов и моделей! Принципы мышления Гиппократа, Сушруты и Авиценны — признанных «отцов» современной медицины — сходны, практически тождественны!
Что же мы будем в дальнейшем понимать под термином «древняя эзотерическая медицина»? Ведь оказалось, что в Китае и Элладе, в Индии и Египте существовали единые представления о механизмах жизнедеятельности и о причинах заболеваний человека. При этом все эти «вненаучные» представления обеспечивали многовековую лечебную практику, что на протяжении веков привело к углублению и разработке этих моделей и теорий, а вовсе не потребовало отказа от них как от умозрительных и наивных фантазий. Эти теории сформировала сама лечебная практика и уже потому они должны быть интересны как предмет исследования!
В эзотерической медицине человек рассматривался как единое, живое целое, прямо и непосредственно связанное со своим окружением живыми связями сродства Стихий, управляющих равно как его жизнью, так и жизнью Космоса. Окружающая среда рассматривалась лишь поверхностно внешней. Сущностно же она была тождественна, точнее, подобна происходящему в организме человека процессу жизнедеятельности. Организм человека понимался как неделимый, целостный элемент не менее живой окружающей Реальности!
Общность всех медицинских систем древности заключается, на наш взгляд, в единой схеме построения модели равновесия энергий-Стихий-«соков», в признании существования некой единой информационно-энергетической системы глубинной регуляции функций организма, которая до сих пор не известна современным морфологам и клиницистам (за исключением, разве что, иглотерапевтов). Древняя медицина обращалась к возможности активизации собственных защитных сил организма. Достойны восхищения указания Гиппократа о самоисцелении многих, подчас даже тяжелых заболеваний «силами природы», и соответствующие правила активизации этих «сил». Современная наука открыла сейчас уже немало этих «сил», даже выявлены механизмы их действия. Однако вопрос о том, почему та или иная болезнь излечивается или прогрессирует порой вопреки усилиям врачей, остается пока слабым местом современной медицинской науки.

Избавление от технократических иллюзий

Предварим предстоящее изложение словами Рене Генона: «Строго говоря, можно утверждать, что «конец мира» никогда не был и не мог быть ничем иным, как концом иллюзии».
Одним из главных заблуждений сегодняшних сторонников технократизма является представление о линейности прогресса. На деле же оказывается, что процессы развития являются цикличными, точнее — спиралевидными. Еще пару десятилетий назад медикам казалось, что им удалось окончательно победить многие инфекционные заболевания и навсегда избавить человечество от их ига. Врачи попросту позабыли о мощи адаптивного потенциала присущего всем без исключения микроорганизмам. В конце концов именно благодаря ему микроорганизмы эти, мягко говоря, несколько старше вида Homo sapiens. Потому-то возбудители туберкулеза и дифтерии благополучно завоевывают на время утраченные позиции, преспокойно мутировав и оставив в стороне пресловутое всемогущество наспех синтезированных антибиотиков. Еще недавно почти панацейными считались лабораторные диагностикумы и хитроумные физиотерапевтические аппараты. Сегодня все большее и большее число врачей убеждается в их неэффективности или как минимум в ограниченности их исцеляющих возможностей.
Разумеется, верность шаблонам и стереотипам вовсе не является прерогативой одних лишь врачей. Выражаясь по санскритски, наш век порабощен богиней Майей и подавлен гипнотическим всемогуществом всевозможных иллюзий. Чего только стоит всемогущество масс-медиа, повторяющаяся из десятилетие в десятилетие и по-прежнему эффективная ложь политиков и неистребимая тяга к наркотикам уставших и разуверовавшихся в своих возможностях людей.
В известном смысле все мы оказались заложниками индустриальной революции, берущей свое начало с английских фабрик 18 века и беспардонно набирающей неслыханную мощь из года в год. Почаще бы нам стоило вспоминать пророческие слова Арнольда Тойнби, называвшего технику «осколком европейской культуры, отколовшимся от нее к концу 16 века». Приведем высказывание немецкого социолога Лоренца фон Штайна (1842 г): «В то же самое время, когда во Франции распространяются идеи свободы и равенства, в Англии появляются первые машины. Вместе с ними открывается совершенно новая эпоха для всего мира в вопросах благосостояния, производства, потребления и торговли. Машины стали подлинно революционной силой в материальном мире, и из этого подчиненного ими материального мира они начали распространять свое могущество во все сферы мира духовного». По словам Александра Дугина, исторически закономерное «пришествие механизмов для обветшавшего духом человечества явилось неодолимой «прелестью». Разумеется, последнее слово является вовсе не синонимом Прекрасного, но эквивалентом выражения «козни дьявольские».
Примитивизм, профанизм и поверхностность современности можно сформулировать кратко:
1) Механицизм и технократизм, как представления о тотальной управляемости внешнего и внутреннего миров в угоду человеческим прихотям.
2) Огрубление восприятий и стереотипизация мышления.
3) Открытое неуважение к элите, отсутствие внимания к вдохновению и равнодушие к интимной сокровенности гения.
4) Забвение внутреннего ради внешнего.
5) Гордость как результат безбожия.
Отсюда закономерно вытекают и пагубные заблуждения современных медиков, которые, к сожалению, неотвратимо отражаются на здоровье и жизнеспособности их пациентов. Перечислим лишь некоторые, наиболее важные из них по-плакатному кратко. В дальнейшем каждое будет отдельно рассмотрено в продолжение настоящего труда:
1) фатальное непонимание чуда психосоматического единства;
2) механически примитивное понимание феномена бессознательного;
3) игнорирование откровений синхронизма;
4) до обидного банальная ориентация на мнения окружающих, пусть даже последние рискуют именовать себя коллегами;
5) недоверие к могуществу вневещественных лекарств;
6) полное невежество в отношении сигнатурных резонансов;
7) нежелание развивать восприятие тотальной структурно-энергетической и психосемантической связи всего со всем;
8) безответственный отказ от последовательного овладения умением использования Магической Силы;
9) непонимание важности развития способности приведения в действие всемогущих сил самоисцеления;
10) упрямое нежелание медиков самим исцеляться.
Просим прощение за грубость, но в известном смысле все это приводит к спонтанному формированию сатанизма от медицины:
1) Отказ от необходимости рассматривать живое как организмически целое, прежде всего ввиду удобства механического применения заученных шаблонных схем.
2) Неверие в спонтанность развития живых процессов неизбежно приводит к насильственности и неадекватности лечебных воздействий; последняя обусловлена неумением решать задачи, точнее, неспособностью правильно их формулировать исходя из реально наблюдаемой ситуации лечения.
3) Воинствующее неприятие значимости сущностной связи нравственности и здоровья и связанный с этим профанный телоцентризм.
4) Грубое и невежественное вмешательство в тайны кармического предопределения каждого и в тонкие механизмы регуляции стихиальных потоков, допускаемое, прежде всего, ввиду грубости шаблонно используемых методов.
5) Почти сознательное участие в «переваливании мусора» (по настоящему не излеченные заболевания, повинуясь закону саморазвития, неизбежно переходят на детей, родственников и ближних псевдоисцеленного, в результате чего патогенные миазмы, не будучи окончательно уничтожаемы, со временем накапливаются в целые горы негативных информационных свалок (для того, чтобы не показаться голословным, приведу пример из собственного опыта переживания себя пациентом — операция на глазу, когда меня забыли вовсе и откровенно стали рассматривать как подлежащий разделке крупный кусок мяса).
Метафорически, современная технократическая медицина может быть уподоблена блудному дитяти, последним и законным прибежищем которого может стать лишь Сакральное. И пока этого не произойдет, из года в год, из десятилетия в десятилетие на планете будут накапливаться горы страха и ужаса — эти неразлучные спутники болезней. Пока медицина не сакрализируется, масс-медиа будут продолжать тиражировать тревогу и чувство неуверенности в завтрашнем дне. Пока этого не случится, детские ясли и поликлиники будут продолжать оставаться рассадниками заразы. Не только физической, но именно психической. Но случиться это должно, ибо не случиться этого попросту не может.
Медицина, сделав немалый крюк в сторону машинности и волюнтаризма, вынужденно возвращается к гармоничному таинству нелекарственной терапии. Дело в том, что прибегая к лекарствам, мы неизбежно подтачиваем силу духа, который лечит быстрее и надежнее любых порошков. Физиологам известно, что если достаточно долго извне вводить гормоны во временно ослабевший организм, то с течением времени необратимо атрофируются те железы, которым самой природой назначено продуцировать эти управляющие вещества. Как ни странно, всякая болезнь всегда несет человеку одну и ту же весть: «Изгони меня Силой Духа, чтобы она укрепилась в тебе и стала господствовать над косной материей!». Тот кто продолжает довольствоваться лекарствами, будь то индивидуум или сообщество, не постиг смысла жизни. Он напоминает ребенка, привычно отлынивающего от посещений школы, тем самым лишая себя возможности дальнейшего роста и развития. Синтетические лекарства — извращенный продукт однобокого технократизма. Человек должен развивать в себе исцеляющую мощь Духа и, как ни странно, немалую помощь в этом оказывают его собственные заболевания. Врачам в этом отношении повезло еще больше. Им предоставлены широчайшие возможности для развития духовных сил, ибо каждодневно они обязаны приходить на помощь страждущим.
Между медициной древней и научной медициной современности существуют, на наш взгляд, глубокие мировоззренческие различия. Когда же именно и из-за чего произошло отклонение в развитии медицины от генеральной линии совершенствования лечебных и диагностических концепций?
В чем состоят методологические ошибки современных «механицистов от медицины» и когда произошло уклонение в сторону морфоцентризма, отход от целостного анализа состояния больного, сдвиг к «анатомизму» и забвение столь эффективно «срабатывавших» теорий прошлого?
В Древней Элладе были известны две основные медицинские школы: школа Гиппократа, придерживавшаяся «гуморальной» теории, о которой мы уже упоминали, и школа, придерживавшаяся «солидарной» теории. Гиппократ считал, что здоровье организма, как и его болезнь, зависит от соотношения «соков» организма. Основой здоровья им признавался нормальный состав «жидкостей» и их гармоничное соотношение. Неправильное же смешение и непропорциональное распределение этих «соков» считалось основными причинами любых заболеваний человека.
Приверженцы «солидарной» теории считали, что тело человека состоит из огромного количества атомов и образующихся между атомами «пор». Состояние организма определялось соотношением количеств атомов тела и «пор», а также объемом этих «пор». Отклонение же объема «пор» от нормального состояния в сторону сужения или расширения, согласно «солидарной» теории, — важнейшая причина развития патологических процессов в организме.
Гуморальная теория в медицине вела свою историю с глубочайшей древности и была, несомненно, более практичной. Потому ее и брали на вооружение многие века и индусы, и китайцы, и египтяне, и последователи Гиппократа — Гален, арабские врачи, Парацельс.
Механическая «солидарная» теория, казалось бы, не имела шансов на успех, тем более, что в истории медицины аналогов ей не обнаружено, и возникла она лишь в Элладе, в связи с развитием идей философов-атомистов Левкиппа и Демокрита. По мере все большего развития технической цивилизации медицина (в соответствии с общим изменением стиля мышления в обществе) пошла по пути расширения интереса к анатомии и всему кругу морфологических наук: цитологии, гистологии, органопатологии и др.
В эпоху Возрождения наступил поворот к медицине морфологической, к медицине как к «точной науке», методология и стиль мышления приверженцев которой стали близки механике того времени. На наш взгляд, именно отсюда и берет начало современный экспериментальный метод в медицине — как клинический, так и лабораторный. Этот метод во многом напоминает опыты механиков и физиков.
Развитие патологической анатомии в это время получило мощный импульс. Вначале Морганьи (1682-1771) — отец современной патологической анатомии — заложил основы органопатологии. Затем появились фундаментальные труды Биша (1771-1802). Позже клеточная теория Вирхова (1848) и работы других морфологов открыли перед взорами врачей сложную картину строения тела больного человека, скрывавшуюся за внешней симптомологией болезни. Изучение механизмов развития болезни в дальнейшем и отвлекло врачей от изучения самих проявлений болезни. За деревьями перестали видеть лес!
Развитие экспериментальной физиологии после Гарвея (1628) и открытий Пастора, Коха и Мечникова в конце 19 в. позволили практическому врачу более верно, как тогда посчитали, представлять внутреннее развитие болезней и более точно определять специфическую, непосредственную причину заболеваний. Такое бурное развитие морфологии, естественно, повлекло вслед за собой бурное развитие синтетической фармакологии, что привело к созданию тысяч новых средств, на лечебный эффект которых ныне и уповают врачи.
Медицина с начала эпохи Возрождения пошла по пути развития механистических представлений о причинах и механизмах развития заболеваний, а в итоге и вовсе «скатилась» к полному «морфоцентризму», признающему главным в исследовании патологии и физиологии человека изучение анатомически фиксированных структур (клетки, органы, ткани). Такой подход в исследовании организма человека вычленил его из органически слитой с ним среды. Отныне все надежды были возложены на лекарственные средства, получаемые синтетическим путем в химических лабораториях.
Лишь совсем недавно (по сравнению с тысячелетним опытом развития медицины на Земле), в 19 в., в научной медицине Европы, ставшей в 20 в. уже наднациональной, болезнь стали рассматривать как определенную нозологическую единицу. Последнее — результат абстрагирования и вычленения наиболее заметных, ярких, наиболее часто встречающихся, повторяющихся в большинстве случаев, строго очерченных и внешне понятных во взаимной связи симптомокомплексов.
В современной научной медицине теория подчас идет впереди клинической практики. Современные медики реализуют концепции и пытаются навязать собственные представления о «правильной» картине заболевания самим себе, не взирая на все богатство и многообразие живой реальности болезни конкретного больного. Древние медики стремились концептуализировать саму реальность. Врачи непредвзято наблюдали реальное положение дел во всей полноте клинической картины, анализировали конкретную совокупность симптомов, не пытаясь «втиснуть» их в «прокрустово ложе» какой-либо абстрактной нозологической формы. Они лечили больного, постоянно меняя тактику и средства лечения в зависимости от динамики его состояния. Примером такого подхода может служить практика современных гомеопатов, которые по духу более близки древним медикам, нежели современным врачам-аллопатам.
Почти повсеместно были забыты конституциональные особенности больных людей, которые в прошлом врачами учитывались очень широко. В прошлом конституциями человека занималась наука, аналогичная современной биоритмологии, — медицинская астрология. Во всех медицинских системах прошлого астрология являлась важной диагностической дисциплиной. Врач не считался достаточно образованным, если не овладевал наукой о влиянии Космоса на организм человека.
Современная медицина, практически отказавшаяся от медицинской астрологии, лишь в последние годы приближается к пониманию значения и роли этой науки, к осознанию и повторному открытию сложнейших биоритмологических законов. Но приближается крошечными шажками, и потому до полного возрождения древней науки о конституциях, по-видимому, еще далеко. Самое ценное наследство «отца медицины» — Гиппократа, выразившего суть медицины как науки и искусства, сейчас почти начисто забыто. Суть же метода Гиппократа заключалась в наблюдении объективном, точном, подробном, динамичном, без предубеждения и без спекулятивных комментариев.
Мы никак не решаемся признать фундаментальную истину, заключенную в латинской поговорке «Errare humanum est» — «Человеку свойственно ошибаться». Ввиду многих особенностей организации психического аппарата практически каждый из нас даже не представляет себе, насколько глубоко он механичен и запрограммирован, насколько шаблонны его действия и автоматичны реакции и выборы. Глагол «est» переводится и как «существовать». Таким образом, самим свойством человека как существа является склонность к совершению ошибок. Отказываясь осознать глубину серьезности такого открытия, не желая рассматривать себя лишь как «существ, предрасположенных к восприятию разума», но пока вовсе не обязательно разумных, мы продолжаем упорствовать в ранее совершенных ошибках, таким образом обрекая себя на те или иные формы страданий и неуспехов.
В современной медицине теория порой идет впереди клинической практики. Поставив диагноз, согласно заученной классификации болезней, врач — чисто психологически! — уже не в состоянии «уложить» в эту заранее заданную схему иные, неожиданные, непонятные в рамках данной нозологической формы симптомы. Поэтому многие врачи стараются не замечать таких симптомов, не признавать их значимости для индивидуализации процесса излечения.
Вспоминается рассказ «Уровень шума» одного из американских фантастов. Сюжет прост до гениальности, а идея — восхитительна. Военные специалисты пригласили на сверхсекретное совещание лучших физиков планеты. Им была продемонстрирована видеозапись, свидетельствующая о том, что некоему молодому ученому удалось изобрести антигравитационный двигатель. Однако видеозапись оказалась предельно фрагментарной и зрителям удалось различить лишь пару десятков наименований общефизических терминов. Военные заявили о том, что при последних испытаниях своего двигателя его изобретатель трагически погиб. Однако в их распоряжении остался его загородный дом, набитый тысячами книг, освещающих самые различные отрасли человеческого знания, которые можно предоставить тем из приглашенных, кто решится воспроизвести уже единожды совершенное открытие века.
Возбужденные самим фактом видеодемонстрации действующего антигравитационного устройства многие ученые тотчас же согласились на предложение и принялись за работу. Через несколько месяцев ими была создана действующая модель антигравитационного двигателя. Для его создания физикам пришлось усомниться в незыблемости многих физических принципов и законов, доселе считавшихся абсолютно истинными.
И лишь после успешных испытания чудо-двигателя военные «раскрыли карты». Оказывается, никакого «изобретателя» не было. Видеозапись оказалась продуктом творчества видеоинженеров. Загородный дом, напичканный всевозможной литературой, был создан специально для приглашенных специалистов. Но сама по себе уверенность в том, что кто-то уже сумел открыть секрет преодоления силы притяжения земли, сыграла роль мощнейшего психологического катализатора творчества. Вера в реальность достижения результата снизила уровень шума, наводимого шаблонными предпочтениями и суеверными предубеждениями, пусть даже касавшихся принципиальных проблем фундаментальной физики. Открытие состоялось прежде всего потому, что был преодолен барьер неверия в саму возможность; как говаривали древние, «верь в то, чего нет, для того, чтобы оно было».
Сегодняшние врачи находятся в более выгодной ситуации по сравнению с героями рассказа. Не нужно имитировать якобы существующие феномены и псевдоэкспериментальные данные. Сегодняшняя физика, математика, биология, парапсихология и химия предоставляют медикам тысячи совершенно реальных возможностей изменить отношение к заболевшим и по иному взглянуть на саму природу заболевания. Однако, во все времена медицина законно считалась дисциплиной чрезвычайно консервативной, ибо от грамотности действий врача зависела сама жизнь пациента. Сегодня же эта самая традиционная консервативность сыграла с врачами злую шутку. В то время как все научные дисциплины уже сумели шагнуть за порог 21 века, врачи в лучшем случае придерживаются миросозерцания, характерного для конца века 19-го. Приученные к строгому следованию традиции и воспринявшие девиз «lege аrtis» чересчур буквально, они боятся переступить границы собственных предубеждений и ни за что не соглашаются пересмотреть давным давно устаревшие механистические взгляды на природу заболеваний. Возможно, наше заявление окажется чересчур резким, но то, что в прошлом охраняло медиков от излишне вольного экспериментаторства, спасая тем самым жизни многих людей, сегодня мешает врачам использовать новое знание, что, в конечном счете, лишает многих пациентов надежд на выздоровление, а то и на выживание.
Сегодня для врачей согласие на пробуждение фантазии и стремление распахнуть ставни воображения окрыляющим мыслям становится серьезным нравственным выбором. То, что будет изложено в данной работе, не следует рассматривать как бредовую утопию. Опираясь на осколки древних знаний и присматриваясь к новейшим открытиям в области естественных наук, мы предлагаем ориентации в построении новых моделей диагностики и терапии. Это вовсе не означает, что принятие, или, скорее, развитие новых (и в то же время древних) взглядов на жизнь и человека предполагает обязательный отказ от уже освоенных в 20 веке приемов диагностики и лечебных техник, но в рамках более широкой концептуальной системы медицины грядущего их следует рассматривать как частные и вспомогательные, в конечном счете, отдавая приоритет энергоцелительству и холистической настройке.
Речь идет не о модели, альтернативной бытующим среди медиков взглядам, но о следующей ступени развития врачевательного искусства, которое, как ни странно, «вполне естественно» возвращает нас к концепциям древнемагической медицины, но уже на новом витке развития целительского знания. Изоляция холистической и технократической медицины друг от друга неминуемо ослабит их обоих, что, в конечном счете, вряд ли пойдет на пользу пациентам. Необходим творческий синтез вмещения, если угодно разделения, зон влияния двух ветвей (магической и физической) единого древа Целительства.
Пора признать, что человек — существо космическое как в горизонтально-физическом, так и в вертикально-вибрационном измерении. Человек в некотором смысле представляет собой таинственный гиперорганизм, являющийся прямой проекций Разума Творца на Землю, назначенный к обустройству планеты и пестованию населяющих ее творений. Человек — это проводник, координатор и трансмутатор, и только в свете такового космического назначения человека на Земле можно понять подлинные причины его заболеваний и пути действительного исцеления. Время преддверия эпохи Водолея — время величайшего откровения о человеке. Даже сам эзотерически понимаемый символ Аквариуса толкуется как облик ангельский. Творец изливает волю свою на планету в форме человеческих существ, но единый поток разделяется на поток живой и поток мертвый. Человек может погубить Землю. Но он же может ее спасти. Специалистам в области гидротерапии хорошо известна взаимодополнительность двух видов разделенных в процессе гидролиза вод — катионной и анионной. Они действуют по-разному, но в большинстве случаев необходимо дополняют действие друг друга. Магическое и техническое, сакральное и профанное, нарастающее и убывающее — таковы полярности, которые в наше время необходимо соотнести и синтезировать, восстановив тем самым целостность потока творения, символизирующего миссию человечества на планете.
Мы живем в очень сложные времена, которые требуют радикального пересмотра всех устаревших представлений и коренной трансформации видений и пониманий. В последние века, мягко говоря, мы зашли «не туда». Точнее, нам необходимо было попасть туда, где мы все сегодня с вами оказались, чтобы обрести необходимый опыт, без восприятия которого нам не достичь животворного синтеза осознанного равновесия начал. Сегодня трансформируется буквально все — избирательные технологии, методы преподавания, представления о семье. Но, по-видимому, наиболее глубокие изменения должны произойти в сфере целительства, ибо она представляет собой синтез всех дисциплин, относящихся к практическому человековедению.
Астрологи знают, что нынешние времена отмечены сверхмощным влиянием так называемых мажорных планет — Урана, Нептуна и Плутона. Каждая из них обладает фантастически мощным трансформирующим влиянием не только на психический мир человека, поведение животных и растений, но и на физическую среду, вплоть до провоцирования геологических катаклизмов. С одной стороны, эти влияния полезны и необходимы, ибо обеспечивают Землю особыми энергиями, без которых радикальные преобразования невозможны. Но с другой стороны, перед давлением их токов еще надо умудриться устоять. Тем более, что давление это на переломе тысячелетий оказалось сверхмощным. Ибо энергии трех мажорных планет объединились и действуют заодно.
Актуальность медицины в настоящее время непомерно возросла именно в связи с взрывоопасным сочетанием накопившихся проблем современной цивилизации и резко усложнившейся астрологической энергообстановкой. Все чаще возникают так называемые «священные болезни», проявляющиеся в перегрузках и рассогласованиях деятельности психоэнергоцентров человеческого организма. Это происходит вследствие непомерного нагнетения токов пространства и отсутствия элементарной психоэнергетической культуры. Умы людские огрубляются, будучи задуренные примитивными шаблонами масс-культуры и конвейерной стереотипностью современных производств. Однако чувствительность организмов человеческих неуклонно нарастает, а потому должны утончаться и дифференцироваться методы коррекции всевозможных нарушений равновесия в системах регуляции организма. Если раньше при зубной боли достаточно было принять пару таблеток анальгина, чтобы добежать к стоматологу, то сегодня психическая атмосфера столь напряжена, что не всякое сердце выдержит подобную медикаментозную перегрузку. Должны быть применены другие методы, к примеру, аудиоплейер с заранее подобранной для данного человека зубоболеутоляющей мелодией. Кстати, учитывая не раз экспериментально доказанную эффективность влияния музыки на процессы активизации выработки так называемых «внутренних морфинов» (эндорфинов), можно понять, что эффективность лечебной мелодии может оказаться несравненно выше банального медикаментозного анальгетика. И так во всем. Настало время выделять средства на такого рода исследования хотя бы потому, что прежние пути уже никуда не ведут, а устаревшие методы не срабатывают. Пришли иные времена — необходима новая медицина. В скорейшем ее появлении заключается залог выживания самого человечества.
Несколько слов об этой самой медицине будущего. Ее приход хотелось бы назвать возвращением медицины магической, медицины космической, медицины подлинно человеческой. В медицине этой сольются откровения медиков и Древнего Египта и достижения психонейроиммунологии. Опытные накопления древних мастеров медитации будут сопряжены с последними достижениями высокоточной аппаратной физиотерапии. Малосимпатичные грязелечения трансформируются в одно из таинств священной медицины прошлого — экстазирующее перекатывание обнаженных тел по свежевспаханной почве в майское полнолуние. Мы должны, наконец, понять, что дальнейшее наращивание примата синтетической, примитивной фармакотерапии опасно неконтролируемым вторжением в генокод человека, и опасным это может оказаться не только для нас, но и для самой планеты и окружающего космоса. Ведь все мы и каждый из нас, подобно транзисторам и микросхемам, являющихся операционными модулями сложных электронных систем, включены в биосферу. Неизбежно будут по-новому переосмыслены несложные, но очень тонкие методики астрального целительства и минеральной гомеопатии. Законное место в ряду лечебных методов займут ландшафтотерапия и использование целительных лучей священных реликвий — икон, мощей, талисманов. Мы неизбежно возвратимся к разумному использованию геомантии и поймем особенности целительного воздействия минералов, найденных в тех или иных местах, а потому тщательно подбираемых для лечения того или иного человека. Нам надлежит восстановить память об исцеляющей силе живых растений. Именно живых, но не пересушенных и измельченных, а уж тем более не измученных кипящей водой или экстрагирующим пресловутые «активные вещества» спиртом. Осознав могущество солнечных лучей, объединенных с организующей силой особых кристаллов, мы переосмыслим сокровенное значение того, что сегодня называется лазеротерапией. Горы обретут для нас новое целебное звучание. Дремучие леса и поющие водопады, сверкающие ледники и чистые в своей красоте пустыни напоят нас новыми пониманиями целительности самой природы. Мы поймем, что ароматы могут не только лечить, но и губить, а потому сможем взять первое, обезопасив себя от второго. Мы оценим исцеляющую силу домашних животных и трансформирующую роль в посещении заболевшими детьми чистых и светлых зоопарков, где они смогут встретиться с прекрасными и многоразличными энергиями животных всех стран света. Но животные эти будут излучать силу лишь в том случае, если хранители их будут заботиться об их собственном благополучии. Мы постигнем мощь организованных вибраций и лечебную специфику различных регионов планеты. Мы поймем, что каждый полиметаллический сплав обладает собственным уникальным лечебным излучением, особенно в присутствии живых цветов, и ободряет их союз свет неонового лазера. Позже мы придем к пониманию основ истинно космической энергии медицины, некоторые из основ которой изложены в одной из предпоследних глав настоящего труда. Наконец мы поймем, почему во все века люди созидали капища, алтари и храмы, понимая их перво-наперво в качестве центров оздоровительного взаимообмена дружественными людскими энергиями.
Е.И. Рерих писала: «Человек без предубеждений, живущий в преддверии будущего, истинно, уже творит его и тем самым уже облегчает и настоящее». В дальнейшем изложении мы постараемся избежать до пошлости банального скатывания в созидание «нетленки». Мы хотим обратить этот текст, основные идеи которого слагались не только автором, но и его наставниками (что и обязывает его заменять «я» на «мы») в открытое письмо о будущем, адресованное доброжелательному читателю. Просто хочется напомнить, что любое, прекрасное или безобразное будущее закладывается и созидается в нашем теперешнем «сейчас», и ничего страшного в том, что кое-что из излагаемого может показаться нарочито фантастичным. В конце концов, вы рождены, чтоб сказку сделать былью. Но даже если не именно вы, то ученики ваших учеников. Просто начинать думать о будущем придется все-таки нам, иначе вряд ли мы сможем вразумительно наставить тех, кто зададут нам вопрос о том направлении, которое следует выбрать для продолжения пути.
вверх